884

Его величество Луи. Самая удачная шутка «короля комедии» Луи де Фюнеса

"Аргументы и факты" в Беларуси № 17. Читайте на здоровье! 27/04/2021
С Клод Жензак стали лучшей супружеской киночетой. Но только экранной.
С Клод Жензак стали лучшей супружеской киночетой. Но только экранной. Кадр из фильма

Имя «Луи» для французского уха имеет отчетливо царственное звучание. На русский язык оно иногда переводится как «Людовик» - именно так по традиции величали целую вереницу французских королей. Монархов с этим именем насчитывалось аж два десятка, и перечислить их всех смогут разве что матерые историки. Но есть еще один знаменитый Луи, и уж ему-то кануть в Лету точно не грозит: речь, конечно, об актере Луи де Фюнесе. И, кстати, его тоже называли королем – королем комедии.

Сорок рож в минуту

Владычество де Фюнеса над умами современников было по-королевски полным и безраздельным. Как говорил сам актер, чтобы заставить людей хохотать, не обязательно надевать короткие штаны и смешную шляпу, выделывать цирковые номера или падать на банановой кожуре: главное - игра лицом. И в этом ему поистине не было равных. Де Фюнесу даже дали прозвище «сорок рож в минуту» за невероятный талант выразительно гримасничать: без единого слова или жеста, одним лишь прищуром или поднятием брови он был способен довести зрителя до слез, до икоты, до колотья в боку.

Дерганый жандарм Крюшо, гонявшийся за инопланетянами, и амбициозный комиссар Жюв, безуспешно пытающийся поймать Фантомаса, - над недотепистыми фюнесовскими персонажами потешаются до сих пор. А сам он – маленький, щуплый, довольно-таки застенчивый – в свое время мог потягаться в популярности и гонорарах даже с Аленом Делоном, первым красавцем французского кино. И, между прочим, пользовался не меньшим успехом у женщин.

Голубая кровь

К слову, снобизм героев де Фюнеса не такой уж наигранный. Он ведь и сам по происхождению настоящий аристократ. Родители (отец - выходец из испанского дворянского рода, а мать - из португальского) наградили его - мелкого и шустрого - пышным тяжеловесным именем: Луи Жермен Давид де Фюнес де Галарса. Правда, «голубая кровь» не принесла будущему актеру никаких особенных «плюшек». Высокородное семейство жило небогато; родители разве что обучили сына свободно изъясняться на нескольких языках, привили любовь к музыке, да еще пристроили в престижный лицей, где в разное время учились Поль Верлен и Марсель Пруст. Но, как и положено подлинному таланту, Луи из лицея вылетел и был вынужден хвататься за любую низкооплачиваемую работу.

Ему доводилось трудиться счетоводом, коммивояжером, декоратором и даже чистильщиком обуви. Дольше всего де Фюнес задержался на месте тапера, то есть пианиста в кабаре. Именно тут к прочим его талантам вроде беглости пальцев и музыкального слуха добавилось умение смешить гримасами публику во время исполнения. Тогда-то он и начал мечтать об актерской карьере.

Размах и натиск

Здесь же, в кабачке, Луи познакомился с женщиной всей своей жизни. Ею оказалась Жанна де Мопассан, внучатая племянница знаменитого писателя. Дело происходило в годы немецкой оккупации, и парижская молодежь повально заслушивалась джазом – он был тогда настоящим глотком свободы. Де Фюнес играл джаз, по воспоминаниям Жанны, «как бог» - собственно, это девушку в нем и покорило. Особенно после того, как он пригласил возлюбленную на свидание, которое обставил с гусарским размахом: заказал шампанское и омаров. Только потом Жанна узнала, что музыкант потратил на ужин все свое месячное жалованье. Впрочем, цели он достиг – Жанна без колебаний приняла его предложение руки и сердца. Оставалась лишь одна загвоздка: на тот момент де Фюнес уже был женат.

Впервые он женился за несколько лет до войны на некой Жермен Карруайе, чтобы их сын Даниэль родился в законном браке. Буквально спустя месяц супруги расстались, но так и не развелись. Вообще-то Жермен не слишком дорожила их браком и согласилась на развод, правда, с условием: де Фюнес не будет общаться с сыном. Вопрос был улажен, и Жанна с легким сердцем повезла будущего мужа на смотрины к родне.

Во время свадебной церемонии Луи, оказавшись в центре всеобщего внимания, вволю повеселил собравшихся самыми уморительными своими гримасами. Что подумали об этом чопорные родители невесты, неизвестно, однако гости остались в полном восторге.

Ангел-хранитель

Мужем и женой влюбленные стали в 1943 году и прожили вместе 40 лет, до самой смерти комика. Жанна не только родила де Фюнесу двоих сыновей, Патрика и Оливье, но и была чем-то вроде его ангела-хранителя и импресарио в одном лице. Успех пришел к нему только в сорок лет благодаря главной роли в комедии Ива Робера «Не пойман – не вор», и после этого Луи стал работать как заведенный, снимаясь во все новых картинах, наверстывая упущенное.

От лицедейства де Фюнес отдыхал только дома, с семьей, избегая богемных вечеринок и, как сейчас бы сказали, корпоративов. Однако все остальное время он посвящал работе, оттачивая любую, даже самую простую роль до совершенства. За последним следила Жанна: она не позволяла мужу сниматься пусть и за хорошие деньги, но в плохом кино, или играть в заведомо провальных театральных постановках. Более того - она даже сама принимала участие в подборе сценических партнерш для Луи. Вместо высоких полных дам, которых продюсеры традиционно подсовывали актеру (считалось, что так низкорослый де Фюнес будет смотреться еще комичнее), Жанна предложила мужу в экранные жены свою подругу, красавицу актрису Клод Жензак. Вместе с нею Луи снялся в десяти своих лучших фильмах (включая серию о жандарме Крюшо), и многие зрители были уверены, что перед ними настоящая супружеская чета.

Однако Луи любил только жену. Сын актера Патрик де Фюнес писал: «Во время съемок некоторые режиссеры, чтобы справиться с темпераментом отца, приглашали маму, соглашаясь даже оплачивать ей съемочные дни. И этот расчет оказывался верным, ибо отец снимался только для нее и не мог работать, если ее не было рядом. Они жили друг для друга».

Дело жизни

Нрав у де Фюнеса и впрямь был непростой. Однажды он разорвал контракт с известным театром и заплатил внушительные отступные - и все из-за того, что директор театра нескромно пошутил над мадам де Фюнес. В другой раз сурово отчитал режиссера, позволившего его сыну Оливье совершить опасный трюк без участия каскадера. Луи надеялся, что отпрыски продолжат дело всей его жизни, однако те не разделяли его любви к искусству, и с мечтами об актерской династии пришлось расстаться. Снявшись по настоянию отца в нескольких фильмах, Оливье вскоре забросил кино и стал пилотом, а Патрик выбрал профессию врача.

Сам же комик упрямо отказывался уйти на покой даже после двух инфарктов. Только совместными усилиями Жанны и врачей удалось убедить его оставить съемки хотя бы на время. Супруги перебрались в собственный замок Шато-де-Клермон, который в XVII веке принадлежал семье де Мопассан; Луи выкупил его для жены и отреставрировал. Там он писал мемуары, занимался хозяйством и вообще вел жизнь заправского дачника. Любимым же его занятием стало разведение роз - в имении никто даже не брался подсчитывать их количество.

За неделю до смерти в январе 1983 года Луи сказал жене: «Я знаю, какой будет моя самая удачная шутка: это мои похороны. Я должен сыграть так, чтобы все падали со смеху…» Чаяния «короля комедии» не совсем сбылись. На похоронах, конечно, никто не смеялся, зато уже на следующий день, как только стали пересматривать его блистательные комедии, хохотали до упаду. И хохочут до сих пор.

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Подписка в 2020 году



Топ 5 читаемых