2982

Жизнь академика Павлова - это любовь к истине. И поиск истинной любви.

"Аргументы и факты" в Беларуси № 16. Как COVID-19 меняет наш мир 21/04/2020
Портрет академика Павлова.
Портрет академика Павлова. / Работа художника Михаила Нестерова. / Фото из открытых источников

Взявшись за работу над одним из самых известных своих портретов, художник Михаил Нестеров не мог сдержать впечатлений от позировавшего ему человека: «Более яркой особы я и представить себе не мог - я был сразу им покорен, покорен навсегда...». «Портрет почти закончен… а старик бедовый, смирно сидеть не может… неукротимый, еще играет в чурки, а какой спорщик!» Этого самого «бедового старика» звали Иван Павлов.

Та самая собака

Согласитесь, непривычно слышать такое о личности, которую мы со школьных лет привыкли представлять себе как монументальную фигуру, забронзовевший памятник. Что вообще мы знаем об Иване Павлове? Великий физиолог с мировым именем, лауреат Нобелевской премии, ставший прообразом булгаковского Преображенского… Еще, конечно, сразу вспоминается многострадальная «собака Павлова». Но вообще-то ученый и впрямь был натурой страстной, противоречивой, не укладывавшейся ни в какие рамки. Например, он был заядлым спортсменом, увлеченно коллекционировал бабочек, спасал коллег от репрессий, не боясь спорить с власть имущими…

Подопытных собак он любил и жалел не меньше, чем людей: «Я испытываю тяжелое чувство сожаления, что прерываю ликующую жизнь, что являюсь палачом живого существа. Но переношу это в интересах истины, для пользы людям». В его лаборатории с животными всегда обращались хорошо, их обильно кормили даже в голодные революционные годы. По инициативе Павлова даже был поставлен памятник Собаке - другу человека.

Предки Ивана Петровича и по отцовской, и по материнской линии происходили из духовного звания. Октябрьскую революцию Павлов встретил в 68-летнем возрасте, и та ему не понравилась до самой крайней степени. Павлова звали в Швецию - королевское правительство было готово выстроить для него огромный современный институт, но ученый решил остаться на родине. Новые власти посулили ему щедрый паек, но Иван Петрович - неслыханное дело! - наотрез отказался: «Мы с женой находим для себя неприемлемым быть в привилегированном положении сравнительно с нашими ближайшими товарищами».

Пара из Ивана и Серафимы вышла на редкость привлекательная.
Пара из Ивана и Серафимы вышла на редкость привлекательная. Фото: Фото из открытых источников

Красивые и умные

Супругой и соратницей Павлова стала Серафима Карчевская - с нею, в то время слушательницей Педагогических курсов, он познакомился в конце 1870-х гг. Черноглазая девушка была очень мила, да и Иван Петрович обладал приятной внешностью. Карчевская вспоминала, что он «был хорошо сложен, ловок, подвижен, очень силен, говорил горячо, образно и весело. У него были русые кудри, длинная русая борода, румяное лицо, ясные голубые глаза, красные губы с совершенно детской улыбкой и чудесные зубы». В общем, пара вышла на редкость привлекательная. Однако Серафима Васильевна признавалась, что в Павлове ее притягивала, помимо всего прочего, «та скрытая духовная сила, которая всю жизнь поддерживала его в работе и обаянию которой невольно подчинялись все его сотрудники и приятели».

Любовь на первых порах поглотила Ивана Петровича целиком. По свидетельству брата Дмитрия, молодой ученый был больше занят сочинением писем к любимой, чем опытами над мышами. В 1881 г. молодые люди поженились, несмотря на то что родители Павлова были против этого брака: они намеревались женить сына на дочке состоятельного петербургского чиновника.

После свадьбы выяснилось, что, несмотря на блестящий ум, Иван Петрович абсолютно беспомощен в житейских делах. Однажды он собрался на стажировку в Германию и там купил себе костюм, чтобы читать в нем доклад. Когда он вошел в аудиторию - зал расхохотался: ведь ученый умудрился купить костюм ярко-желтого цвета. За это немецкие коллеги прозвали его «русской канарейкой». Серафиме пришлось взять на себя всю тяжесть семейных забот. «Я искал в товарищи жизни только хорошего человека, - писал академик, - и нашел его в моей жене, терпеливо переносившей невзгоды нашего допрофессорского житья, всегда охранявшей мое научное стремление и оказавшейся столь же преданной на всю жизнь нашей семье, как я лаборатории».

Первый родившийся у супругов сын вскоре умер, но за ним появились еще четверо детей: Владимир, Вера, Виктор, Всеволод. Чтобы как-то прокормить семью, Павлов начал преподавать в школе для фельдшериц. Платили там мало, но и эти деньги он нередко тратил на покупку собак, на которых ставил опыты. Кроме того, он много лет на собственные средства покупал оборудование и платил зарплату сотрудникам. Однажды его студенты, узнав про материальные трудности любимого педагога, собрали для него солидную сумму, но он и ее потратил на собак.

Семья у ученого была большая и дружная. Хотя сам он не был однолюбом.
Семья у ученого была большая и дружная. Хотя сам он не был однолюбом. Фото: Фото из открытых источников

Все изменилось в 1904-м, когда Павлов, уже обретя мировую славу, получил только что учрежденную Нобелевскую премию - не за теорию условных рефлексов, которой тогда как таковой еще не было, а за изучение физиологии пищеварения. Говорили, что Альфред Нобель, впечатленный его работами, специально назначил свою премию не только для медиков, но и для физиологов, чтобы именно Павлов мог ее получить.

Связь элементов

Поправив материальное положение, ученый наконец-то сумел вздохнуть полной грудью. Дал волю давней страсти к коллекционированию, собирая все подряд - картины, монеты, марки, бабочек… Впрочем, он и к науке относился увлеченно, с азартом. Его супруга вспоминала: «Он любил всякую работу. Со стороны казалось, что данная работа для него самая приятная, настолько она его радовала и веселила. В этом и заключалось счастье его жизни». Серафима Ивановна назвала это «кипением сердца». В своей лаборатории Павлов походил на маленького ребенка, постоянно придумывал различные соревнования, веселые штрафы и поощрения для сотрудников. А уж в спорте за ним не могли угнаться даже молодые. В 1907 году он стал академиком, получил чин статского советника, а с ним - потомственное дворянство. Казалось, в шестьдесят лет он переживал вторую молодость…

В то время в его институт как раз устроилась новая сотрудница - 35-летняя Мария Петрова. Светская дама, супруга знаменитого в те годы священника Григория Петрова, она пошла в медицину, чтобы приносить пользу людям. И привлекла Павлова ростом, статью и отменным - таким же, как у него самого - здоровьем.

Как-то раз ученый назначил Марии Капитоновне свидание, но... она не пришла. На следующий день он сказал ей: «Мы не должны мучиться угрызениями совести, потому что есть нечто, стоящее выше всего в мире, - это правда и истинная любовь к делу, и друг к другу. А она у нас есть. У нас не может быть пресыщения, так как элементы нашей личной жизни тесно связаны у нас с элементами научной. Так-то, милочка моя ненаглядная. А теперь показывайте ваши вчерашние протоколы опытов». В этом монологе был весь Павлов. Когда же они впервые остались наедине в его кабинете, Иван Петрович предложил Марии… побороться и не без труда уложил-таки на лопатки. После чего они оставались вместе четверть века, до конца жизни. Хотя и с женой, с которой его связывали самые теплые отношения, ученый так и не расстался.

По слухам, однажды Павлова спросили, может ли мужчина любить двух женщин одновременно. Ответ последовал незамедлительно: «Если вы меня спрашиваете как физиолога, то мой ответ: безусловно, может…»

Но ни научный подход, ни богатырское здоровье, ни вкус к жизни, ни любовь сразу двух женщин не уберегли профессора от болезни - в 1936 году он скончался от пневмонии. Говорят, что перед концом академик собрал у своей постели учеников и описывал им свои ощущения. Приходящим посетителям говорили: «Академик Павлов занят - он умирает…»

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно