aif.ru counter
5060

Любимцы публики. Легендарным «Песнярам» - 45 лет!

№ 36 от 3 сентября 2014 года 03/09/2014

 

Еще «Лявоны»

Звезда «Песняров» зажглась после победного выступления на IV Всесоюзном конкурсе артистов эстрады в 1970 году. Там же родилось название «Песняры». А началось все в 1967 году. Именно тогда собрались вместе все те, кто потом стал «Песнярами». Но тогда еще они никак не назывались, просто аккомпанировали певице Нелли Богуславской. Проработали аккомпанирующим составом год и поняли: хочется гораздо большего. По всему миру гремела слава «Битлз», именно их пример показал, что музыканты еще могут быть и вокалистами. Так появился коллектив «Лявоны», который стал аккомпанировать заслуженному артисту Эдуарду Мицулю, одному из немногих белорусских эстрадных певцов, более или менее известных в Советском Союзе. Характер у Мицуля был мягкий, он позволял аккомпаниаторам петь самостоятельно. Мы позаимствовали некоторые песни у «Битлз»… Публика была в восторге!

Как у настоящих групп, на барабанах написали «Лявоны». Однажды эта надпись попала в кадр во время телесъемки. Чиновники соответствующего ведомства заинтересовались и устроили ансамблю прослушивание. Дали право называться вокально-инструментальным ансамблем и зарплату увеличили - на рубль. Правда, попросили сменить репертуар: «Чтобы никакого английского языка!» И вот «Лявоны» - уже профессиональный ВИА – стали петь белорусские народные песни, а еще песни «Ореры» и «Гайи». Так было до 1970 года.

Pesnyary-03

 

Конкурсный отбор

В этом году должен был состояться IV Всесоюзный конкурс артистов эстрады, со времени проведения предыдущего конкурса прошло 14 лет.

Первая жена Владимира Мулявина Лида Кармальская, которая работала в жанре художественного свиста, захотела участвовать в конкурсе. На первом отборочном туре в Минске Кармальскую отобрали сразу, а Мулявину и «Лявонам» кисло сказали: «Поезжайте как аккомпаниаторы». А они в Москве на конкурсе  заняли второе место, поделив его со Львом Лещенко (первое место жюри решило не присуждать). Правда, название ансамбля не понравилось. Стали пробовать разные варианты: «Полесские зубры», «Молодые голоса»… Наконец Леонид Тышко предложил удивительно точное белорусское народное определение истинно творческих людей – «Песняры». И все сразу согласились. Так в Москву приехали «Лявоны», а уехали уже знаменитые «Песняры». Как мне потом рассказывали, в одном вагоне с «Песнярами» в Минск возвращались совершенно обескураженные чиновники Министерства культуры БССР: они никак не ожидали такого успеха ВИА...

Концерты, гастроли…

Гастрольная жизнь – это жизнь на колесах. Иногда приходилось давать по три-четыре концерта в день, а случалось и по пять. И никаких фонограмм, все исполняли вживую. Мулявин писал новые песни, и мы старались их сразу вводить в концертную программу. Песни обычно писались в поездках между концертами, но лучшие песни – такие как «Алеся», «Вероника», «Мой родны кут», - были написаны, когда Владимир Мулявин вместе с Игорем Лученком ездили на лечение в Трускавец. Какое это было замечательное время! Конечно, работали на износ, но зрители платили нам сторицей. Я был благодарен Господу: работа приносила удовольствие, а мы были молоды и отдавались ей полностью.

Записывались мы тогда на единственной в стране фирме «Мелодия», за запись пластинки каждому участнику ансамбля платили единовременно 100 рублей. К 1975 году было выпущено около 45 млн экземпляров пластинок «Песняров» - они мгновенно раскупались. Никаких других денег, кроме тех ста рублей, за эти пластинки мы не получали. Не получаем и сейчас, когда количество пластинок, вероятно, перевалило за 100 млн. На Западе певец, чьи диски так тиражируются, - суперзвезда и очень богатый человек.

…В Каннах ежегодно проводился фестиваль «Медем», на который приглашались исполнители, выпустившие в своей стране наибольшее количество пластинок. Здесь же была биржа артистов – в Канны приезжали менеджеры со всего мира за новыми именами, заключались контракты, организовывались турне. От Советского Союза на этот фестиваль тогда поехали «Песняры», Алла Пугачева и трио «Ромэн». По каким-то причинам не выпустили аккомпанирующий состав Пугачевой (тогда это были «Веселые ребята»), и аккомпанировать ей пришлось «Песнярам»…

Оценили

В Каннах после репетиции нас предупредили: в зале во время концерта будут директора, импресарио, менеджеры, которые будут прикидывать: можно ли на нас заработать и сколько. И, чтобы не набивать нам цену, хлопать они особенно не будут. В общем, не фестиваль, а рынок «купи-продай».

Началось наше выступление. После первой песни действительно раздались жиденькие хлопочки. Мы к такому приему не привыкли, и настроение, естественно, ухудшилось. Но надо работать дальше. Второй была песня «Реченька», которую мы пели а капелла. Спели - в зале мертвая тишина. Мы совсем упали духом: все, думаем, приехали… Не знаю, сколько длилась тишина, но нам показалось – вечность. И вдруг произошло то, что однажды уже было в жизни «Песняров», когда они в первый раз в 1969 году вышли на сцену в Москве. Чопорная, сверкающая бриллиантами публика не просто взорвалась аплодисментами, а взвыла, завопила и начала колотить ладонями, не жалея холеных пальцев. Мы не верили своим глазам и ушам. Но сомнения оказались напрасными: все-таки в зале были профессионалы шоу-бизнеса, и они оценили «Песняров» по достоинству. В конце нашего выступления весь зал встал и стоя нам аплодировал.

Трио «Ромэн» играли и пели, как виртуозы, но им сказали: «Не хватает костра на сцене!» Настал черед Аллы Пугачевой, которой мы аккомпанировали три песни. Алла была уверена в успехе «Арлекино», принесшего ей международное признание, правда, на «социалистической» сцене. Конечно, нас должно было насторожить начало ее выступления. Когда на сцене вновь появились «Песняры», зал опять взорвался аплодисментами: зрители ожидали продолжения нашей программы. Выход же Аллы Борисовны встретили молчанием…

В Каннах к «Песнярам» подходили импресарио из разных стран, но нас сопровождал дядя в шляпе, который совмещал работу клерка в Госконцерте со службой в особом отделе. Он ничего не решал, а уже потом в самом Госконцерте чиновники выдвигали условия. За каждую поездку надо было платить. Мулявин обиделся: «За свое искусство еще и платить?» - «Не хотите – не надо». И поехали другие, кто платил. Но иногда мы прорывались в заграничные турне.

В нашу первую поездку по США мы исколесили 13 южных штатов, выступали во всех крупных городах. Первое отделение было наше, второе – «Нью-Кристи Министрелз». Но успех «Песняров» был столь велик, что устроитель концертов поменял нас местами. Кстати, обычно на выступления русскоязычных певцов ходят русские эмигранты. А наши концерты собирали в основном англоязычную публику. В конце гастролей американский импресарио поклонился нам в ноги: «Спасибо, ребята, я заработал на вас миллион долларов». Для 1976 года это были очень большие деньги.

Другая жизнь

У меня всегда была тайная мечта окончить ВГИК или ГИТИС. И в 1980 году я решил подать заявление в ГИТИС на режиссерское отделение. На 12 мест претендовали около 5000 человек. Из обязательных условий – не менее десяти лет работы на сцене или звание заслуженного артиста. Я поступил, но заранее никому ничего не сказал. Уже приехав в Минск, пришел к Мулявину: «Володя, я поступил в ГИТИС на режиссуру». – «Мы под тебя подстраиваться не будем: выбирай – «Песняры» или ГИТИС». Я выбрал ГИТИС.

Предстояли гастроли по Украине, и я твердо сказал: «Это - последние!» Но я не ушел, хлопнув дверью, а подыскал себе замену - Игоря Пеню.

Помню последний концерт в Донецке, где я впервые слушал «Песняров» из зрительного зала. В конце я заплакал – настолько это было здорово! Да и разве можно вычеркнуть из сердца 10 лет жизни в «Песнярах»?..»

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Подписка в 2020 году



Топ 5 читаемых