aif.ru counter
14688

20 лет без СССР. Писатель Валентин Курбатов - о церкви, Родине и народе

№17 от 25 апреля 2012 года 25/04/2012

В последнее время много говорят о потерях в экономике, которые понесли страны бывшего СССР за 20 лет реформ. И почти не говорят о потерях моральных. А ведь их было достаточно! О том, как теперь вылечить общество от последствий «шоковой терапии», рассуждает писатель Валентин КУРБАТОВ. Он из тех литераторов, которых уже пора в «Красную книгу культуры» заносить - как исчезающий вид. Как и его близкие друзья Виктор Астафьев, Валентин Распутин, он пишет не ради наград и званий, а потому что душа болит за то, что происходит.

С чужого «базара»

- Валентин Яковлевич, сегодня, в 2012 году, можно бы и итоги подвести. Итоги нравственные: какие потери для нас как нации оказались наиболее тяжелы?

Уж кто-кто, а наш человек всегда знал, что этика - дочь здорового и разумного хозяйствования, просто дочь жизни. А уж коли жизнь пошатнулась, этики не жди. Спрашивать ты её с жизни можешь, но лучше себя не обманывать.

Первой пошатнулась любовь к Родине. Давно ли вы слышали само это слово из уст, скажем, руководителей государства? Стесняются они его. Нечего, мол, высокие слова тратить, а только высокие-то слова - знак высоты мысли. А как тебя заставили стесняться их, так жди, что и Родина твоя спятится на вторые роли. И эта потеря, может быть, самая невосполнимая. Мы уже никогда не сможем любить свою Родину с естественностью и простотой - так, чтобы написать в песне «Как невесту, Родину мы любим» и радостно показать эту строчку друзьям, как Пушкин когда-то - лицеистам своё святое обращение: «Пока свободою горим, пока сердца для чести живы…» Представьте сегодня поэта, который напишет эти строки живым, искренним нетерпением сердца. А все остальные утраты - уже только производные от этой.

Вычеркни, как мы сделали, из словаря два вечных слова «Родина» и «народ» - и нет великой страны. Но они ещё живы, ещё теплятся в нашем сердце, и, значит, «точка невозврата» ещё подождёт. И пока мы не потеряли своего языка, «ключ от темницы» ещё в наших руках.

Очиститься делом

- Социологи часто проводят сравнения между океаном и обществом: мол, океан - система самоочищающаяся. И общество к самоочищению способно…

- Может, и очистится. Один из моих товарищей утешает себя, что вот перестали дымить заводы - и в речки стал возвращаться хариус, в леса - птица, в поля - старые травы. А только мне отчего-то милее было проехать года два назад мимо металлургического комбината, где на километр пути - трубы и трубы, и всякая дымит своим дымом. И, грешный человек, я радостно подумал: «Бог с нею, с экологией! Только дыми, батюшка, дыми». Отчего-то думаешь, что и народ там, где этот комбинат дымит, твёрд и спокоен, а местные газеты и телевидение полны человеческих новостей о простом деле жизни - о труде, о надеждах, светлых праздниках, честных людях и дорогих победах.

«Океан жизни» очищается делом, мерной работой приливов, а не мусором злых событий, которые набрасываются на нас с утра: от этого день сразу темнеет, человек делается враждебен (чего от него ждать, когда, судя по новостям, он только крадёт, убивает и ждёт не дождётся «свалить отсюда» с казённой кассой?). Очевидно, господа руководители страны смотрят другие новости (как, бывало, умный Сталин просил доставлять Горькому отдельный выпуск «Правды», без «процессов» и «вредителей», чтобы не ранить старика и не возмущать его сердце). Иначе они догадались бы, что человек не сам по себе плох и злокознен, а только в силу дурно организованной жизни.

- И всё же… За эти 20 прошедших безвременных лет в нас хоть что-то доброе сформировалось?

- Вот уж вопрос так вопрос. Коли бы мы на него ответили, то и были бы «новым народом», и сами бы это и видели. А уж раз вопрос появляется, то, значит, ответ неоднозначен. Но есть, есть и другая сторона. Лица Церковью засветились. В моём приходском храме встань рядом с батюшкой при причастии - и услышишь, как детки подходят к чаше и шепчут вчера невозможные имена - Платон, София, Анастасия. И уже знают, и как ручки сложить, и как на маму обернуться, пока мама сама к причастию подходит. И в православные лагеря рвутся. Но вот только попробуй сыграй с ними в кино «Раскол» про старообрядчество, то тут и увидишь, что пока вера-то в них одна - внешняя. «Театром» не посмею назвать, потому что они не притворяются. Просто и сама Церковь - пока ещё институт внешний. Но тяга к ней прекрасна и, Бог даст, приведёт к чему-то и внутренне живому.

- Но пока в Сеть выкладывают записи, как ученики избивают учителей или измываются над теми, кто слабее. Ведь нет ни войны гражданской, ни ГУЛАГа, когда свои - на своих же. Нет голодомора, блокады. А есть тихий сытый мир...

- Боюсь договориться до парадокса, но в блокаду и голод люди милостивее друг к другу. Сытость, не вооружённая соединяющей идеей, скоро развращает сознание. Только у взрослых этот разврат тоньше и скрытнее, а насилие - умнее и изобретательнее и больше рядится в экономические одежды. А дети злы в открытую, и зло их требует прежде всего физического утоления. Оно им доступнее. Это потом они научатся топить ближнего доносами, кредитами, финансовыми махинациями. Церковь одна с «благополучием» не справится - и в Евангелии, как мы помним, богатый юноша отошёл от Христа с печалью - жалко ему стало богатства. А уж когда оно у нас на знамени государства написано, то жди беды. Чем мы гордились-то от века, что славили как главную свою добродетель, что мир считал в нас таинственно редким и даже загадочным? Душу нашу. А опять вспомните, когда вы в последний раз это слово из «государевых» уст слышали? Тогда же, когда слова «Родина» и «народ». Родина и народ не делятся - они одно сердце. И сердце это - в крепкой духовной идее. Сколько мы от неё ни бегай, а жизнь заставит. Вспомним мы ещё своих великих стариков, которых ещё недавно цитировали, а теперь перестали, чтобы отвечать перед памятью не надо было. Вспомним и И. Ильина, и М. Меньшикова, и И. Солоневича, и отцов Павла Флоренского и Сергия Булгакова, которые Церковь умели рядом с идеей держать. И, глядишь, вернёмся к развилке, с которой пошли не туда. И с нами вернутся домой и наши дети.

Юлия ШИГАРЕВА

ДОСЬЕ

Валентин КУРБАТОВ родился в 1939 г. в п. Салаван (Ульяновская обл.). Писатель. Живёт в Пскове. В 1977 г. окончил факультет киноведения ВГИК. С 1978 г. - член Союза писателей. С 1997 г. - академик Академии современной русской словесности.

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Подписка в 2020 году



Топ 5 читаемых