107

Хирург столетия. «Воспитывал в нас внимательность к пациентам»

Хирург, ученый и педагог Александр Владимирович Шотт на протяжении долгих лет развивал белорусскую медицину. О его жизненном и профессиональном пути «Аргументам и фактам» рассказывают его родственники, коллеги, ученики и друзья. 

Сегодня мы беседуем с к.м.н., доцентом Павлом НЕВЕРОВЫМ. 

- Я более тесно познакомился с Александром Владимировичем, когда в 2006 году поступил на кафедру в должности аспиранта. Однако наше с ним заочное знакомство произошло гораздо раньше. Моя бабушка и он – односельчане. Насколько мне известно, в деревне Демидовичи, откуда родом и был Александр Владимирович Шотт, о нем всегда отзывались положительно. Назвали умным человеком, многие видели в нем большой потенциал. Я близко с ним тогда не контактировал, однако моя бабушка работала директором в сельской школе, в которой Александр Владимирович подрабатывал (преподавателем младших классов. – Прим.).

Еще будучи студентом, я попал к нему на экзамен. Не знал, был ли он в курсе того, что моя бабушка с ним знакома, или нет. Сам я этого афишировать не хотел, чтобы не «нарываться» на возможное более благосклонное отношение педагога ко мне. Однако Александр Владимирович все знал и без моих рассказов. Но этот факт не обеспечил мне никакой благосклонности с его стороны. На экзамене он меня опрашивал на протяжении двух часов. Для сравнения – обычно ответ по билету длится 20 минут. Я получил тогда наивысшую отметку, а преподаватель после признался, что знаком с моей бабушкой. Более того, после экзамена он сам доложил ей, что тщательно проверил мои знания. Уверил ее, что я все хорошо знаю. Кстати, хочу подчеркнуть еще один момент в педагогической деятельности Александра Владимировича. Когда студенты сдавали экзамен Шотту, то он не только проверял их знания, но и оценивал их педагогов, которые обучали будущих специалистов. Насколько мне известно, если ему на экзамене несколько студентов подряд ответили плохо, то он серьезно разговаривал после именно с их преподавателем.

Ну а далее, как и сказал, я начал работать аспирантом. В Александре Владимировиче я увидел большую целеустремленность и талант показать путь решения любой проблемы. Столкнувшись с трудностями в работе (не только в своей), он посидит, подумает (бывало и не один день), вернется к тебе и укажет на возможность решения проблемы. И все эти указания и советы преподносились аккуратно и спокойно. Этот человек никогда не спешил, объяснял все без криков, без лишних нервов. Если у кого-то из его сотрудников что-либо не получалось, то он всегда был рад помочь.

Замечу, что у Александра Владимировича был колоссальный педагогический талант. Он никогда не подсказывал готовых решений, хотел, чтобы человек сам думал, сам развивался, сам приходил к правильным выводам. И если к нему за советом шли его коллеги – никто никогда без помощи от него не уходил. Все равно какая-то идея рождалась, какой-то важный и ранее не замеченный нюанс после беседы становился ясен. Так было и в моей работе с ним.

Отмечу, что Александр Владимирович помогал своим коллегам и поддерживал их даже в личных вопросах. Например, в период рождения моих детей я занимался научной деятельностью. И, к сожалению, времени на написание научной работы порой просто не хватало. И Шотт комментировал это так: «Семья – это, конечно, штука полезная, но ты попробуй, чтобы и тут, и тут все успеть. Старайся». В его словах всегда были теплота, сопричастность, сочувствие. Однако в это же время своей, так скажем, мягкой силой он напоминал тебе, что не нужно забывать про служение своему делу.

Многие, как и я, испытывали чувство уважения и к заслугам этого человека, и к его человеческим качествам. Его всегда окружала невероятная аура: после одной беседы с Александром Владимировичем ты чувствовал себя обязанным сделать то, о чем он тебя попросил. И ему для этого не нужно было повышать голос, из-за чего возникало чувство, что ты хоть разбейся, но все же выполни пожелания Александра Шотта в своей работе.

Насчет его врачебной практики отмечу: он всегда был очень внимателен к больным, всегда мог поговорить с пациентом о чем-нибудь, посмеяться, улыбнуться. Однако по-отечески Александр Владимирович к пациентам не относился, больше с сопереживанием, серьезно и тщательно подбирая подход к их лечению, к чему привлекал и лечащего врача. Вот, например, он всегда внимательно слушал доклады о больных и, даже если были какие-то недочеты в лечении, не отчитывал прилюдно. Только после выхода из палаты мог более жестко поговорить с лечащим врачом: мол, вот тут я тебя спрашиваю, а ты плохо знаком с историей болезни, подсматриваешь, а так нельзя, все нужно знать.

Александр Владимирович Шотт всегда хотел, чтобы все медицинские сотрудники относились к больным очень и очень внимательно.

Оставить комментарий (0)