34592

Михаил Кукобака: «В другой стране я ни дня не провел бы в тюрьме»

№ 19 от 11 мая 2011 года 11/05/2011

19_32_02Известному диссиденту и политзэку CCCР Михаилу КУКОБАКЕ в этом году исполняется 75 лет. Сегодня он живет в Москве, родом же  из Бобруйска, белорус, чьи родители погибли на фронте, а сам он воспитывался в детдоме. В апреле 41 год назад он был арестован в первый раз.

- Михаил Игнатович, за что вас арестовали в 1970 году?

- Со своим заочным приговором я впервые смог ознакомиться лишь через 20 с лишним лет, когда добился реабилитации. Обвинения в приговоре были стандартны: «возводил клевету на советскую демократию», «восхвалял буржуазные свободы слова». К примеру, один из пунктов обвинения:  «В феврале 1970 года во время уборки территории радиозавода в присутствии таких-то Кукобака враждебно отзывался о лозунге: «Жить и работать по-ленински». Я хорошо запомнил этот эпизод, потому как совершил маленькое «открытие». Глядя на лозунг, я сказал соседу: «Смотри! В немецком языке работа - арбайт, а раб - шклаве. В английском рабочий - вокер, а раб-слейв. И лишь в русском языке: рабочий, работать и раб - слова одного корня». Я не думал, что мой скромный экскурс в лингвистику войдет в материалы дела как состав преступления. Ставили в вину и мое открытое письмо английскому журналисту в защиту писателя Анатолия Кузнецова. После ареста следователь УКГБ по Владимирской области майор Евсеев предложил в обмен на свободу подписать бумажку, что я в таком-то месте встречался со статс-секретарем посольства Западной Германии Мюллером. Я отказался, потому что не желал делать пакостей человеку, которого в глаза не видел. Тогда меня направили на психиатрическую экспертизу в институт им. Сербского. После экспертизы целый год продержали в тюрьме на режиме строгой изоляции, в полном неведении. Я постоянно писал протесты, и в 1971 году начальник спецчасти тюрьмы скороговоркой зачитал мне акт экспертизы из института Сербского. Я не всё расслышал и не всё запомнил буквально. Но отдельные фрагменты запомнились на всю жизнь. В акте утверждалось, что
«...занятие спортом, увлечение иностранным языком, а также интерес к философии - результат болезненных изменений личности...». Потом начальник добавил, что суд надо мной состоялся 4 ноября 1970 года, о чем мне якобы сообщалось. Это была ложь.

Цель - раскаяние

- Одна из обсуждаемых тем в Беларуси сегоднязаявление о пытках в СИЗО КГБ одного из бывших кандидатов в президенты 2010 года Алеся Михалевича, ныне получившего политическое убежище в Чехии. В частности, в своем заявлении в Ген-прокуратуру он указал, что его «систематическипо 5-6 раз в суткивыводили на личный досмотр, во время этого ставили голым на «растяжку», подсекая ноги, вынуждая их расставить почти до полного шпагата...; ставили голым в помещении, где температура воздуха не превышала 10 градусов, и держали так по 40 минут; люди в масках выворачивали руки до хруста в суставах, заставляя выполнять их требования, и пр.». КГБ ответил, что заявление не соответствует действительности. А бывший пресс-секретарь КГБ Федор Котов, проработавший там 26 лет, высказал в СМИ мнение, что «даже в то время, когда были статьи за антисоветскую пропаганду, никто и помыслить не мог о пытках в КГБ, не говоря уже о публичных обвинениях в этом». У вас богатый опыт общения с КГБ в 70-80 гг. Скажите, были ли пытки тогда?

- Если считать за пытки помещение в холодные камеры, специально пониженное питание, попытки натравить отморозков-уголовников и прочее, то всё это было. Цель подобных «воспитательных» мер - заставить публично «раскаяться», дать показания на других людей. Из этого не делали тайны. Однажды майор КГБ Лукашов прямо  сказал:  «Кукобака, ты должен чётко уяснить себе, мы «неразоружившихся»  на свободу не выпускаем». Но прямого физического насилия не было. В то время власть весьма болезненно относилась к своему «имиджу» в Европе. Полагаю, если человека намеревались когда-либо освободить, то отношение к нему было вполне терпимым, чтобы не иметь неприятного свидетеля, компрометирующего власть.  Лишь единожды, летом 1970 года, один арестант пожаловался мне, что  в Ташкенте сотрудник КГБ пару раз ударил его до потери сознания. Лично меня за все годы заключения (включая психушки), ни один следователь, санитар или надзиратель в лагерях и тюрьмах пальцем не тронул.

О конформизме

- Сегодня у нас актуальны рассуждения о конформизме и нонконформизме: стоит ли рисковать работой, здоровьем, семьей ради своей позиции, мировоззрения? Вы за свои убеждения 17 лет провели за решеткой. Стоило это того?

- Проблема для каждого очень личная. И советы или упреки здесь излишни. Вообще человеку свойственно как-то  улучшать свою среду обитания. Один заботится о своей семье, благоустроенной  квартире.  Другому человеку, помимо своего жилища, небезразлична судьба своего двора или родного города.  А третьему - небезразлична судьба страны, народа. И чем шире круг интересов, тем больше опасностей подстерегают на этом пути. И это уже сугубо личный выбор каждого.  Хорошо сказал об этом  председатель социалистической партии США Юджин Дебс: «Прогресс, достигнутый за всю историю человечества, – результат усилий меньшинства. И если когда-нибудь я окажусь в стане большинства, то пойму, что  отжил свой век».

Сожалею ли я о прошлом? Ни в малейшей степени! Я просто жил, поступал  естественным для себя образом.  И если сегодня в России дышать стало чуть свободнее, чем четверть века назад, если 20 стран, включая Беларусь, обрели независимость, то в этом есть и моя, пусть скромная, миллионная доля усилий. Родись я в другой стране, ни одного дня не провел бы в тюрьме. Но если бы я сожалел, то сразу после освобождения уехал бы на Запад, как уехали многие бывшие политзэки. 5 стран готовы были меня принять. Но я остался  в числе тех, кто прилагал усилия,  чтобы сделать страну лучше.

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно