2200

«Меня бил муж». Откровения женщины, которая терпела насилие более 5 лет

"Аргументы и факты" в Беларуси № 21. Сколько стоит труд? 25/05/2021

Минчанка Анна (имя изменено) больше пяти лет терпела побои своего мужа. Женщина нашла в себе силы уйти от садиста. И только теперь понимает, что молчание – это большая ошибка.

- Какими были ваши отношения до брака?

- Наша совместная жизнь длилась чуть больше пяти лет. Я познакомилась с ним еще в университете. Тогда это был приятный молодой человек, активист, душа компании. Всегда добрый и отзывчивый. На последнем курсе мы поняли, что испытываем друг к другу теплые чувства. Он ухаживал за мной: дарил цветы, подарки, был внимателен.

- Во время отношений вы не замечали странностей в его поведении?

- Была ревность с его стороны, но я не могу сказать, что она была сильной. Мне есть с чем сравнить, поверьте. Он не кричал на меня, не поднимал руку. Мы просто садились и разговаривали, конфликты решались мирно. Предложение он мне сделал романтично, после года отношений. Тогда казалось, что за это время я хорошо узнала этого человека, поэтому со слезами, на тот момент счастья, на глазах сказала: «Да».

- Как проходила семейная жизнь в первые годы?

- После университета я активно искала работу, ходила на собеседования. Однажды перед очередной встречей с потенциальным нанимателем надела юбку (чуть выше колена) и каблуки. Помню, стояла у зеркала в ванной, красилась. Он зашел, долго смотрел на меня, а потом сказал: «Ты работу идешь искать или любовника?». Его слова меня очень удивили. Но я в попытке погасить конфликт надела штаны и промолчала. Наверное, это и было началом моей каторги длиной в пять лет.

Агрессия

- Когда вы поняли, что у мужа проблемы с агрессией?

- После того, как я устроилась на работу. Началась жуткая ревность к начальнику, коллегам. Он мог среди рабочего дня позвонить раз десять, за что мне неоднократно делали выговор. Однажды отключила телефон на работе. Думала, ничего страшного не будет, если не отвечу. Но дома был ад. Он, ничего не говоря, влепил мне пощечину. Я лишилась дара речи. Осела на пол и тупо смотрела на него. Я хорошо запомнила его лицо… Оно было страшным, чужим. Пока я сидела на полу и молчала, а глаза уже были полны слез, он сел рядом со мной, положил руку мне на голову и тихо спросил: «Почему телефон был выключен?». Я ответила, что было важное совещание, на котором попросили это сделать. Он погладил меня по голове, посмотрел мне в глаза и обнял. Я ничего не понимала, разрыдалась, уткнувшись ему в плечо. А он тихо говорил, что это он так волнуется, переживает. А я верила…

- Вы отпустили эту ситуацию?

- Можно и так сказать. Я помнила об этом, но молчала. Никому не сказала. Думала, что он действительно так переживает и волнуется. Однако его ревность росла. Я не помню такого, чтобы я приходила с работы и не выслушивала от него упреков, оскорблений. Один раз я повысила на него голос в разгар ссоры. Он сильно сжал мои запястья и тряхнул, как котенка, а потом избил. Руками, ногами. Я кричала, но сдачи не давала, лишь закрыла голову руками, так как понимала, что синяки на лице скрыть будет тяжело…

- Почему вы не поделились с кем-нибудь?

- Я боялась. Я даже не хотела лишний раз что-то говорить ему, потому что любым словом могла вызвать злость. Правда, один раз предложила вместе сходить к психологу. Он посмотрел на меня, а потом залепил мне пощечину и сказал: «Слышать этого не желаю». Поэтому мне казалось, что если и расскажу кому-то, то он убьет меня.

- Вы не предпринимали никаких попыток, чтобы разобраться в причинах его агрессии?

- Я не психолог и обращаться за помощью не хотела. Он часто говорил, что на работе какие-то проблемы, что он просто раздражен и переживает за меня на работе, мол, мужской коллектив и прочее. Он даже купил машину на подаренные на свадьбу деньги (мы копили на свое жилье). Не посоветовавшись со мной. А знаете, почему он это сделал? Чтобы отвозить меня на работу, забирать с нее. Он меня контролировал… И я подумала, что дело во мне, точнее, в работе. Поэтому решила забеременеть. Как по-дурацки это звучит! Я только сейчас это понимаю. Тогда я думала, что, если уйду в «декрет», он не будет ревновать. И это сработало. На время… Но на шестом месяце беременности он вновь избил меня. Слава богу, малыш не пострадал.

Дети

- Что-либо изменилось после рождения сына?

- В первые три месяца все было нормально, он привыкал к статусу отца, не отходил от ребенка, а после все началось вновь. Ребенок плачет – я виновата, он отводил меня в спальню и избивал. У ребенка режутся зубки – я плохая мать, за это я получала подзатыльники. Я держалась, молчала, не ездила к родителям, пока не сходили синяки, не общалась с подругами. С ребенком на улицу выходила только с мужем вечером, так как он забирал ключи и днем запирал меня дома. Точно в клетке. Так прошли три года. Ужасными были те моменты, когда он бил меня при малыше. Сын плачет, я кричу от боли. Иногда удивлялась тому, что соседи никак не реагировали на эти ужасные звуки. Может, не слышали, а может, делали вид, что не слышат.

- Когда наступила последняя капля вашего терпения?

- Поздно. Моему сыну было уже четыре года. Я вышла на работу и была счастлива тому, что могу позабыть о зеленых обоях на кухне. Вечером он мог избить меня, но уже не названивал на работу. Понимал, что не я привязала его к ребенку, а он меня. Однажды мне пришлось вызвать такси, так как был сильный ливень. Муж встретил меня у подъезда и надумал, что меня подвез не просто таксист. Он приказал, чтобы я уволилась с работы и вновь сидела дома. Я решила показать характер и отказалась. И после он использовал мою «хитрость» против меня (женщина вновь замолкает). Он насиловал меня. Принуждал к незащищенному сексу, и я вновь забеременела.

Детские слезы

- После этого вы сразу ушли от него?

- Нет, это было на четвертом месяце беременности. Он избил меня, потом схватил пачку сигарет и ушел курить на балкон. Ко мне подбежал мой сын, мой мальчик, и, плача, обнял меня. Тогда муж, с сигаретой в зубах, схватил его за одежду и оттолкнул. Ребенок ударился и заплакал. Именно детские слезы переполнили чашу моего терпения. Я втайне попросила подругу сделать дубликат ключей. Собрав вещи и ребёнка, я уехала к родителям.

- Как отреагировали родные?

- Мама долго плакала, а папа собирался выехать и «поговорить» с мужем. Но я пресекла насилие, хотя желала смерти этому человеку. Родители помогли мне встать на ноги, моей доченьке уже 8 месяцев. Сейчас я продолжаю ходить к психологу, но понимаю, что лечить эти раны надо было раньше.

- Дети общаются с отцом?

- Да, но только в доме моих родителей и только тогда, когда дома есть я с кем-то: папой, мамой или подругой. Когда вижу его, меня начинает трясти. Развод он мне не хотел давать, но отец пригрозил милицией. «Храбрость» и «сила» бывшего куда-то сразу улетучились. Он пытался вернуть меня, просил второй шанс, но я вспоминала этот ад… И вспоминаю до сих пор.

Справка «АиФ»

Телефон горячей линии для пострадавших от домашнего насилия: 8-801-100-8-801 (помощь оказывается анонимно и бесплатно). Линия работает ежедневно с 08:00 до 20:00, позвонить со стационарного телефона можно из любой точки Беларуси.

Мнение психолога

«Люди, переживающие домашнее насилие, оказываются без «выбора». Им кажется, что без своего партнёра они лишатся всего: денег, любви, внимания, статуса. При таких абьюзивных отношениях это проявляется как раз-таки в надеждах на изменения: «Я виновата в насилии, поэтому я попытаюсь измениться, чтобы моему партнеру было легче, «удобнее». Очень веским фактором является самооценка – когда нет позитивного оценивания, видения себя, то складывается ощущение, что человек ничего хорошего, лучшего и не заслуживает. У многих жертв присутствует страх остаться одной», - объясняет психолог Валерия АЛЕКСАНДРОВСКАЯ.

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Подписка в 2020 году



Топ 5 читаемых