Культура еды. Дизайнер Дмитрий Гурбанович создает картины из продуктов

Чтобы быть художником, не обязательно уметь рисовать красками. Наш герой использует для творчества то, что есть в холодильнике.

- Дмитрий, как вас представить?

- Представьте мужчину лет 54, спортивного телосложения, с сединой… А если по существу… Бернард Шоу сказал: «Как и все люди на свете, я одновременно исполняю несколько ролей». И я с ним согласен. Я дизайнер, актер, художник, изобретатель. Нашел еще один способ, чтобы снимать напряжение – езда на мотоцикле. То есть я еще и байкер. И это состояние души.

- И откуда в этом списке кулинария?

- Всему причиной, конечно, является женщина. Проснулся как-то, посмотрел на мирно посапывающую рядом любимую и захотел сделать ей сюрприз. Думал, забрел на кухню, открыл холодильник, достал колбасу, огурцы. И тут меня осенило. Я начал видеть в продуктах образы, композицию. Понял, что можно сделать простецкий завтрак в виде какой-то улыбающейся мордочки. Стал выкладывать – стало получаться. Сделал еще кофе, принес всё в постель. Потом было хлопанье в ладоши, «спасибо». В общем, получил эстетическое удовольствие и от процесса создания, и от реакции любимого человека.

Дальше пошло по нарастающей. Сначала делал завтраки-сюрпризы по выходным, а потом увлекся. Понял, что можно создавать настоящие шедевры.

ЕСТЬ ШЕДЕВР

- И сколько уже композиций было создано?

- Пока всего около 30. Идея приходит вдруг, когда что-то узнаю, читаю. Например, очень впечатлила история британского пирата Эдварда Тича «Черная борода», и я создал композицию «Месть королевы Анны». Лунная ночь, корабль стоит на рейде. Или вот воспроизвел сцену из всем известного фильма – Шурик воспитывает Федю, завернутого в обои. Мне нравятся работы, в которых присутствует юмор. А главное, все это удобоваримо, и картину можно съесть.

- Не грустно от этого?

- Да, все это недолговечно. Мне бы хотелось как-то увековечить, но пока нет идеи, как. Фото не передают объем, запах. «Живое» блюдо – это «живое» блюдо. Хотелось бы повесть на стену… Но пока только фото.

- Как технически «пишется» картина?

- У человека искусства, который пытается донести какую-то мысль, визуализировать ее, должен быть уже готовый образ в деталях. У художника для этого есть краски, у писателя – слова, а у меня – продукты. Они же тоже имеют текстуру. Рождается образ, и я сразу представляю себе, например, горы, ландшафт, подбираю подходящие продукты. Сам процесс создания картины может занимать до полутора часов. А вообще, я вижу, например, плов и сразу думаю, что можно из него сделать, какую композицию.

ИСТОРИЧЕСКАЯ КУХНЯ

- Вы – брутальный байкер в коже. А тут – кухня, колбаса, плов... Нет ли в этом какой-то «слабости»?

- Все люди в коже. А по поводу «слабости»… Эстетика – это антидепрессант. Искусство всегда, а особенно во время конфликтов, которые сотрясают нас тысячелетиями, возвышает. Это как глоток воздуха, надежда на прекрасное, на то, что всё будет хорошо. Как надежда на выздоровление. И это наше наследие, культурный код. Нельзя прекращать творить, что бы ни происходило.

И сам творческий процесс очень успокаивает, я полностью отключаюсь от новостей, занимаюсь только блюдом. Это что-то вроде медитации, приведения себя в точку покоя. Я ведь не претендовал на искусство, но получилось все равно что-то большее, чем просто еда. Многие даже не понимают, что это инсталляция из продуктов, а не картина. Вот такой экспрессионизм.