aif.ru counter
2120

«Смотрится дико. Просто дико». Друг Стрельцова про сериал о легенде футбола

«В созвездии Стрельца».
«В созвездии Стрельца». © / Кадр из фильма

Эдуард Стрельцов  легенда советского футбола. Всю свою карьеру (1954-1970) он выступал за один клуб, московское «Торпедо», с перерывом (1958-1965), во время которого отбывал тюремный срок за изнасилование.

Известный советский футболист, а позже тренер Михаил Гершкович (сейчас председатель правления общества «Объединение отечественных тренеров по футболу». прим. АиФ.ru) выступал за «Торпедо» с 1967 по 1971 годы и застал Стрельцова в команде, будучи его одноклубником. Их дуэт в нападении считался одним из самых ярких в истории отечественного футбола.

После просмотра сериала «В созвездии Стрельца» на Первом канале Гершкович монологом выдал гневную рецензию картины, в которой, по его мнению, оказалось много неправды.

«Чистая, незамутненная, кристаллической пробы халтура»

 Сказать, что я удивлен, огорчен, поражен  ничего не сказать, — рассказывает Михаил Гершкович.  Досмотрел ленту до последнего эпизода, не пропуская ни одной из 8 серий, но только из уважения к Эдику, с которым связаны мои лучшие футбольные годы и вообще значительная часть жизни. И каждая новая серия только подтверждала первое впечатление: халтура. Чистая, незамутненная, кристаллической пробы халтура. Постараюсь объяснить свои впечатления и ощущения.

Главная, на мой взгляд, несуразица — выдумывать создателям фильма про Стрельцова ничего не нужно было. Его биография, карьера — готовый сценарий. Судьба Эдику выпала такая, что рисовать ее можно только с натуры, ничего не отнимая и не добавляя. Кино может получиться настоящим лишь в одном варианте: если это будет подстрочник  как, например, «Собачье сердце», снятое Владимиром Бортко по роману Михаила Булгакова.

К парню, которому досталось главная роль (Дмитрий Власкин), вопросов меньше всего. Но с ремаркой: за пределами поля. Сыграть Стрельцова-футболиста просто невозможно, кто бы за эту задачу ни взялся. Грубая ошибка создателей проекта. Одна из ключевых. Так, как играл в футбол он, не играл никто и никогда.

Слабым оправданием авторам может служить тот факт, что мировой кинематограф до сих пор не научился делать игровые фильмы про футбол. Но и у этого недостатка есть разумные пределы. Люди моего поколения хорошо помнят советскую классику «Удар, еще удар!»  ленту, в которой немало футбольных сцен. Режиссер Виктор Садовский, решая задачу профессионального показа игры, принял простое и мудрое решение: на поле должны быть настоящие футболисты, поэтому приоритет  общим планам.

В окончательный вариант монтажа вошла нарезка одного из официальных матчей чемпионата СССР. Только и было проблем, что одеть команду, приехавшую в Ленинград на встречу чемпионата СССР с «Зенитом», в форму нужных цветов. Этой командой стало «Динамо». Им, в общем-то и переодеваться не пришлось: «Зенит» был в красных футболках, динамовцы, они же «немцы»,  в традиционных белых. Разве что принтом «Д» на груди пожертвовали ради искусства…

У сценаристов и режиссеров всегда есть джокер в рукаве: «Я художник, я так вижу. Жизнь  это жизнь, а кино  это кино». Да, понимаем. Имеют, наверное, право. Но тогда, ребята, назовите свое произведение нейтрально, дайте главному герою другое имя, созвучное, сделайте сноску: «Фильм создан по мотивам»... Свежий пример  баскетбольное «Движение вверх», к которому тоже ведь было немало вопросов. Фамилию главного героя изменили, Владимир Петрович Кондрашин стал Гаранжиным. Что, вероятно, дало авторам дополнительное право на художественный вымысел.

Но если у ленты имя «Стрельцов», не искажайте биографию, не придумывайте историй, которых не было и быть не могло, не рисуйте портреты людей, не зная «кухни», не понимая эпохи, не владея ни фактами, ни методами их воплощения!

Ну серьезно: в каком бреду был написан пафосный эпизод, в котором Эдика не ставят в состав на финальный матч Олимпиады? Причем делают это буквально перед выходом на поле, в раздевалке, когда вся команда, включая Эдика, одета, размята, готова. Просто для сведения: в те годы замены по ходу матча не разрешались, одеваться тем, кто не играет, смысла ноль. Они и не одевались никогда.

Ссылки на усиление драматического эффекта здесь, на мой взгляд, вообще не работают. Запредельный бред, которому нет ни оправдания, ни объяснения. Ну и в целом: ни одной потной майки, неубиваемые прически, высокопарные диалоги в «стенке», немыслимые «огороды», на которых тренировалась и играла сборная великой страны...

Таких эпизодов по фильму разбросано великое множество. В сумме они смотрятся дико. Просто дико. Куда ни сунься, везде эта ерунда. Даже с точки зрения массовой аудитории, на которую рассчитана лента.

«Какие эмоции пережил сын Стрельцова Игорь»?

 Невозможно понять, почему действие фильма заканчивается единственным матчем, сыгранным Эдиком после освобождения из тюрьмы. Да, он был, этот матч. Действительно грандиозное событие. Просто невероятное по звучанию. Но то, что случилось с ним дальше, много важнее в плане драматургии, разве нет? Ведь Эдик не просто вернулся на поле: он снова стал лучшим. Стал чемпионом СССР. В конце концов, во второй раз женился, и у него была чудесная семья. Я и представить не могу, честное слово, какие эмоции пережил Игорь, сын Эдика, глядя на лубочный портрет отца.

Единственный, как мне кажется, положительный момент  сам факт обращения к теме. Может, кто-нибудь когда-нибудь повторит попытку, опираясь на реальную судьбу и характер великого футболиста. Может, у будущих творцов хватит, например, разума обратиться к Саше Нилину (публицист, биограф Стрельцова. — АиФ.ru), который как никто глубоко погружен в тему, который был тесно дружен с Эдиком, вхож в семью, написал о нем две замечательные книги.

Сценарий от Нилина, уверен, был бы достоин имени Стрельцова.

«Даже памятник на могиле говорит о Стрельцове больше, чем фильм»

 Когда-то я имел честь дружить с народным артистом СССР Георгием Жженовым, великим художником сцены. Одна из множества его театральных ролей  Забродин в «Ленинградском проспекте» в Театре Моссовета. Спектакль, несмотря на нейтральное название, можно сказать, вполне про футбол. Георгий Степанович играл отца футболиста. Постановка камерная: действие развивается буквально в четырех стенах. Сам по себе футбол как игра  где-то фоном, чисто для антуража, по телевизору, стоящему на втором плане сцены.

При этом настоящего, живого футбола в спектакле было столько, что зрители верили, сопереживали, смеялись и плакали. И я среди них. Хотя герои и события  вымышленные. А здесь ровно наоборот: есть человек, проживший ярчайшую жизнь, полную взлетов и падений, и сценарий, который превращает зигзаги в прямые, запятые и многоточия — в точки, реальных людей  в персонажей для комиксов…

Даже памятник, стоящий на могиле Стрельцова на Ваганьковском кладбище, говорит о нем больше, чем все 8 серий «Созвездия» вместе взятые. Вот такой ему приговор.

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Подписка в 2020 году



Топ 5 читаемых