Скульптор с бензопилой. Разговор с белорусским мастером резьбы по дереву

Павел ХАТИЛОВСКИЙ называет себя «скульптор c бензопилой».  Бензопил у него девять, а стамесок – пара сотен. И этими довольно грубыми на вид и звук инструментами он вырезает невероятно живые характеры. Его работы занимали призовые места на крупнейших мировых фестивалях деревянной скульптуры, он объездил полмира на своем «Харлее» с пилами в багаже.  Пилит он в среднем около 14 часов в сутки.

- Мой первый фестиваль был на Черном море, очень душевный. Он не коммерческий, простые ребята со всей России собираются, делают кто что может. Ну и я из Беларуси приехал – получился международный статус.

ЗАБРОНИРОВАТЬ ПЕНЁК

- Расскажите о сегодняшних фестивалях. Как проходит конкурсная часть?

- Это адреналин, это всегда шоу. За неделю, а иногда за четыре дня надо накреативить и полностью подготовить скульптуру. На некоторых фестивалях заранее просят эскиз, но по факту очень часто конкурсный материал не соответствует задаче.  Иногда я сам прошу выслать мне фото материала и бронирую какое-нибудь  бревно. А иногда  по условиям  может достаться что угодно.  Вот приезжаем, например, в Саудовскую Аравию. Там в пустыне лежат какие-то палки, из которых надо сделать изделие по заранее утвержденному эскизу. Но когда у тебя есть опыт, то ничего не страшно.

- Пилы свои везете?

- По-разному.  В Швейцарию я летел самолетом, в багаж с бензопилой нельзя. Взял только маленькую электропилку. Выслал эскиз медведя и заранее попросил какой-нибудь ломоть дерева побольше. Пока смотрел, чтобы мой кусок дерева не уволокли, разобрали все бензопилы, остались только маленькие.  И надо было ждать, пока  хоть одна освободится. А времени на все про все – четыре дня. Ну, я выкрутился.  В первый день выпилил голову маленькой пилой, не останавливаясь, а потом уговорил одного из организаторов дать мне свою пилу. А пила – это личная техника, чужих рук не любит. Но он понял, что от меня не отвязаться, пошел и помог мне сделать два среза. Я потом уже все остальное в последний день допилил освободившейся «крупнокалиберкой», а последние штрихи – моей «малышкой». Когда они увидели готового медведя, то просто поразились, а их сердца потеплели.

Иностранный опыт

- Поклонником вашего таланта стал даже президент Исландии Гвюдни Йоуханнессон.

- Мы тогда работали с «дрифтвудом», в Исландии же своего дерева почти нет, его отлавливают в океане. Была задана историческая тема, поэтому президент проявил большую заинтересованность и организовал нам встречу в своей резиденции. Очень интересный человек,  преподает в Лондонском университете и даже шутит на русском языке.

- Много народа обычно пилит?

- Бывают эпические мероприятия мирового уровня – по 400 мастеров почти со всех стран. Это моя академия. Когда смотришь, как работают мастера из Швейцарии, Непала, Америки, Англии, Японии, лучше понимаешь процесс  деревообработки, видишь, к чему надо стремиться, а от чего уходить.  Наличие у мастера бензопилы за тысячу евро еще не делает его «крутым».  Вот, например, Китай. Я до поездки думал, что  Китай – это магнитофоны с фонариками на светодиодах и «паленая» электроника, а потом увидел, как там работают мастера, и это перевернуло мое мировоззрение. Они, например, не воротят нос – это «деловая» древесина, это «неделовая»…

- А что значит «деловая древесина»?

- «Деловая» древесина в лесу растет, это ровный ствол без сучков. А вот это «неделовая» (показывает на корягу в углу мастерской).  Её я на мусорке нашел. Вон того дядьку из дровины сделал. На пилораму зашёл, там обрубок вижу. Спрашиваю: «Надо вам?» А они говорят: «Забирайте, мы его даже распилить не можем».  Бывает, что в городе валят аварийные деревья. Для кого-то они представляют опасность, а мне интересно дать им вторую жизнь. Мика Джаггера сделал из дерева, которое возле моего дома повалили, он тоже несбывшаяся дровина.

- Вы сразу понимаете, что получится из дерева?

- Вот эту голову коня я сделал из корня акации, который нашел в Одессе. Он полый внутри, сразу мне понравился. Я  его вертел-вертел, а потом вижу, что один сучок – это глаз, а второй – ухо. Я только скулу подрезал, рот и ноздрю. Природа сама все сделала, я лишь увидел и подчеркнул.

СОХРАНИТЬ ХАРАКТЕР

- А можно материалом испортить идею?

- Когда я работал бутафором, мы резали из пенопласта, добирали объемы веревками, папье-маше. Скульптуру можно изготовить из гипса, дерева, металла. Но если дерево слишком зашлифовать, то получится пластик. Я специально оставляю неровности, какие-то шероховатости. Важно подчеркнуть фактуру материала, акцентировать характер.

- Мотоциклы, пилы – шумные у вас увлечения. Надолго вас еще хватит?

- Помню, как в Прагу на 115-й юбилей «Харли-Дэвидсон» приехала англичанка, которой, на минуточку, 76 лет. Она на своем мотоцикле наездила 100 000 миль. Мой английский не слишком пригодился – я видел эти горящие глаза, эти неподдельные эмоции, которые просто зашкаливали!

Забегать вперед тяжело, но сидеть  перед телевизором, запивая пивом бутерброд, и чесать зад я не собираюсь.

- А ближайшие планы?

- Прогнозировать что-то даже на пять лет вперед сложно. Я хочу расти как художник. Мне нравится учиться. Мне нравится делать то, чего не делают другие. И все-таки быть полезным для общества, принося красоту в этот мир!