216

Полярные мнения Дмитрия Шпаро. Знаменитому путешественнику исполнилось 80

"Аргументы и факты" в Беларуси № 35. Учиться, учиться и учиться... 31/08/2021
Полярный путешественник, писатель Дмитрий Шпаро.
Полярный путешественник, писатель Дмитрий Шпаро. / Нина Зотина. / РИА Новости

«Впереди шёл непрерывный поток льда, воды, снега. Такое болото, из которого возвышались ледяные торосы и айсберги. Нам нужно было эту всю хреновину пересечь на лыжах с рюкзаками по 50 кг за спиной».

23 августа отметил 80-летие знаменитый путешественник, заслуженный мастер спорта СССР, руководитель экспедиции, которая первой в мире в 1979 г. дос­тигла Северного полюса на лыжах. О том, откуда в нём эта «охота к перемене мест», Дмитрий Игоревич рассказал «АиФ».

– Меня с детства манили приключения, я обожал книги Жюля Верна. Иногда даже прогуливал школу: садился на трамвай, ехал и читал запоем. В советские времена походная жизнь была очень популярна. С одной стороны, это давало возможность увидеть удивительные места, а с другой – общение. Мой научный руководитель на мехмате МГУ Михаил Шур как-то позвал меня в путешествие по деревням Калининской, нынче Тверской, области. Это была моя первая лыжная экспедиция. 

Айда на полюс!

Севером Дмитрий Шпаро «заболел» ещё в юные годы: снега, льды, холода, полярная ночь…

– Я обожал ходить на лыжах. Эти походы и привели меня на Север: ведь снега и льда там больше, для лыжника раздолье. В какой-то момент я с группой оказался на мысе Челюскин, северной точке Советского Союза. Там нам в голову приш­ла идея: сможем ли мы дойти на лыжах прямо до полюса? У берега лёд припайный – он стоит, а за припайным льдом начинается лёд дрейфующий. В 1972-м в качестве тренировки мы прош­ли на лыжах по такому льду между Чукоткой и островом Врангеля. Это пролив Лонга, его люди по льду пересекали всего трижды за всю историю. Мы стали вторыми.

К походу на полюс на лыжах готовились 6 лет: ходили в экспедиции, истязали себя тренировками, бегали сумасшедшие полумарафоны, марафоны, проводили летние выезды на Таймыр. В итоге в конце концов наша идея получила одобрение в ЦК КПСС. Экспедиция-то была хоть и общественная, но уникальная! До нас пешком туда никто никогда не доходил. Летали самолёты, дирижабли, плавали подводные лодки, ледокол, бегали собачьи упряжки. А вот лыж не было.

Шли очень долго, 76 дней, преодолели 1500 км. Это было изнуряюще тяжело. Сильно мёрзли, много ссорились, хотя были лучшими друзьями. Всё-таки люди, находясь в течение долгого времени в тяжёлых условиях, не всегда могут сдержать свой характер. Но все семеро участников были ребята сильные! Стартовали с острова Генриетты. Впереди был непрерывный поток льда, воды, снега. Такое болото, из которого возвышались ледяные торосы и айсберги. Нам нужно было эту всю хреновину пересечь на лыжах с рюкзаками по 50 кг за спиной. Пилоты вертолёта, который транспортировал нас на место старта, предлагали: «Ребята, здесь всего 500 м, давайте мы вас перенесём. Чего валяете дурака? Вы в этом болоте и погибнете». Но мы попросили вертолётчиков остаться на острове: чтобы, если что, было кому нас вытаскивать из воды. И когда в какой-то момент толстая льдина зацепилась за дно, вся эта ледяная катавасия остановилась на пару минут, мы схватили лыжи, рюкзаки и побежали. Один из участников экспедиции – Вася Шишкарёв – провалился в воду, утонула лыжа, ему приш­лось проплыть 15 м в каше из льда, воды и снега. Но мы смогли его достать. Из запасной одежды у нас было только нательное бельё и носки. Анорак и брюки – по одной штуке на человека. И несчастному Васе пришлось идти несколько дней в своём замёрзшем одеянии и с одной лыжей. А потом подоспела помощь, Васе сбросили и одежду, и лыжу. Продуктов у нас было на 15 дней. На 16-й день прилетал самолёт и сбрасывал продовольствие и горючее на следующие 15 дней. 

«А Вознесенского к нам сослали»

В последние дни похода солнца не было, а координаты путешественники определяли как раз по нему. Потом солнце появилось на короткий миг, и они определили – скоро полюс.

– Связывались по рации с пилотами противолодочных бомбардировщиков Ту-95, которые к нам прилетели: «Братцы, определите наши координаты». Они нас обрадовали: «Ребята, вы точно на Северном полюсе!»

У нас была железная договорённость: когда мы достигнем финиша, какое-то время проведём только своей группой, включая базовых радистов. Ну а дальше – официоз: флаг, гимн, до чёрта журналистов, Андрей Вознесенский, Юрий Сенкевич. Пока у меня брали интервью, Вознесенский сидел рядом в дурацкой шапке с одним ухом и помалкивал. Но когда речь зашла о том, как я писал репортажи, сидя в спальном мешке и дер­жа кружку с ­за­ж­жённой свечой на коленях, чтобы одновременно освещать лист бумаги и обогревать пальцы, поэт встрепенулся. Он написал замечательные строчки: «Лечите души синим цветом льда». Вознесенского, кстати, прислали на Северный полюс, потому что он подписал какое-то очередное неугодное властям письмо. Чтобы партийный гнев на него не обрушился, его решили услать на полюс от греха подальше. 

«С канадцами намучились»

Дмитрий Шпаро мечтал покорить и Южный полюс, но помешали интриги оппонентов. И он вернулся на Северный.

– В 1986 г. мы прошли от станции «Северный полюс – 26» на станцию «Северный полюс – 27». 700 км за 38 дней. По дороге заглянули в точку, которая называется «Полюс относительной недоступности». Это был первый поход на лыжах по дрейфующим льдам полярной ночью. Полярники СП-26, которые нас провожали, смотрели на нас как на ненормальных: темно, мороз до –55°С

А потом наступила перестройка. В СССР из Канады вернулся опальный Александр Яковлев, который был там послом. Он поддер­жал нашу идею пройти через Северный полюс в Канаду. Правительство тоже было за, а вот канадское сомневалось. Полгода мы их уговаривали. В конце концов они сказали: «Да». Но при условии, что это будет не советская, а советско-канадская экспедиция. Нашли четверых канадцев, провели сборы, и вот 13 человек снова пошли к Северному полюсу. Пока шли до полюса, наверху был советский флаг, внизу – канадский, как перешли полюс – поменяли флаги местами. С канадцами мы помучились. Один заболел в дороге, второй отморозил пальцы на ногах. Пришлось забрать их поклажу, а они несли пустые рюкзаки.

Морошка с нерпой

Постепенно Дмитрий Шпаро стал привлекать к своим при­­к­лючениям и сыновей.

– С Матвеем и Никитой мы дважды пытались пересечь Берингов пролив. Но – неудачно. Первый раз пришлось подавать сигнал SOS на дрейфующей льдине, нас спасли американцы. Во второй раз спасли уже наши эмчеэсники, спасибо и тем и другим. А в третий раз мы пошли в 1998-м только с Матвеем. Вместо 10 шли 21 день, рацион приш­лось делить пополам. Но 22 марта всё же достигли Аляски. Американцы нас очень тепло встретили, в эскимосском посёлке устроили целый банкет. Там я увидел баночку с моей любимой морошкой, отправил ягоды в рот… И меня чуть не вырвало: морошка оказалась заготовленной в жире нерпы. Ещё нас угостили мясом белого медведя. Я тогда подумал: не тот ли это медведь, который к нам с Матвеем залез в палатку во время похода? Матвею тогда пришлось стрелять, но поверх головы – ему было жалко косолапого. Медведь убежал. 

Сейчас Матвей сам водит на Северный полюс экспедиции молодых ребят. Он вместе с Борисом Смолиным попал в Книгу Гиннесса, совершив «самое раннее по календарю достижение Северного полюса». Они стартовали с Северной Земли 22 декабря и шли в самую черноту полярной ночи. Финиш – 14 марта, за неделю до прихода солнца.

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Подписка в 2020 году



Топ 5 читаемых