Попала в цель. Чем отличилась снайпер Павличенко в годы ВОВ

110 лет назад, 12 июля 1916 года, в городе Белая Церковь родилась девочка Людмила. Её отец спустя несколько лет станет заметной фигурой гражданской войны – комиссар полка 24-й самарско-симбирской «железной» дивизии Михаил Белов не раз встречался с Василием Чапаевым.

Дочь шагнёт куда выше, став самой результативной женщиной-снайпером за всю историю войн – на её счету 309 подтверждённых целей. А также единственной советской подругой жены одного из самых достойных президентов США – Элеоноры Рузвельт, которая переписывалась со своей «Льюдмилой» до самой смерти.

Сама же Людмила Белова, ставшая Павличенко в раннем браке, часто подчёркивала, что тот её роман слишком напоминал потерю рассудка: «Такова была моя первая, школьная любовь. Память о ней осталась со мной на всю жизнь в виде фамилии этого человека». А о сыне Ростиславе, рождённом ею в 16 лет, говорила следующее: «Всё-таки он принадлежит именно к роду Беловых и достойно продолжает наши традиции служения Отечеству».

«НА ЗАВОД!»

Род Беловых, а конкретно отец и мать Людмилы, и в самом деле оказал на её судьбу решающее влияние. Самое главное решение принял отец, который занимал высокую должность в аппарате НКВД (другому бы не выдали в те годы отдельную служебную квартиру в Киеве, столице союзной республики). Белов распорядился своим влиянием весьма своеобразно, пристроив дочерей… Нет, не на тёпленькие местечки, а на завод. Старшая, Валентина, стала нормировщицей, а младшая, 16-летняя Людмила с ребёнком на руках, – чернорабочей. Потом она, конечно, подрастёт – в обоих смыслах. Токарь 6-го – высшего по тем временам разряда. Затем – старший чертёжник механического цеха.

Статья по теме

Обед - по расписанию! Как работала полевая кухня во времена ВОВ

А ведь поначалу были попытки отвертеться: «Но папа, – вспоминала Людмила, – у меня только семь классов образования, я хочу учиться дальше!» Ответ был суров: «Учиться, Людмила, никогда не поздно, – твёрдо произнёс отец. – А вот начать трудовую биографию самое время».

При заводе работал стрелковый кружок Общества содействия обороне, авиационному и химическому строительству (сокращённо ОСОАВИАХИМ). Это была структура, заточенная не только на военную подготовку будущих призывников, но и на отбор талантов. Их выделяли и «вели», продвигая по своей линии. В том, что эта структура своих не бросает, убедилась уже студентка второго курса истфака Киевского университета Павличенко, когда её, помня о результатах в заводском кружке, пригласили в Снайперскую школу ОСОАВИАХИМа. А это было уже серьёзно. Знаниям и умениям, которыми там снабжали, могли позавидовать и кадровые военные. Во всяком случае, у Павличенко было именно так.

В декабре 1941-го Людмила участвовала в обороне Севастополя, где развернулась настоящая снайперская война. В которой меткая стрельба, как ни странно, не самое важное. На первый план выходит умение видеть, слышать и сливаться с местностью: «Мне, коренной горожанке, достигнуть подобного состояния было нелегко… Я применила приём, известный ещё со времени обучения в Снайперской школе: закопала флягу, до половины наполненную водой, и в её горловину вставила одним концом резиновую трубку, другой же конец прикладывала к уху. Ведь через грунт хорошо передаются звуки…» Словом, своим снайперским счётом Людмила во многом была обязана ОСОАВИАХИМу. Так что влияние отца бесспорно – без его волевого «начать трудовую биографию» Павличенко могла пройти мимо и заводского стрелкового кружка, и всего, что за этим последовало.

ТУРНЕ ПО США

Влияние матери проявилось позже, когда Людмилу отозвали с фронта и включили в состав советской делегации для участия в первой Международной антифашистской студенческой ассамблее, что проходила в Вашингтоне в сентябре 1942 года. Впоследствии Элеонора Рузвельт призналась, что главной целью ассамблеи было распространение ценностей американского образа жизни в студенческой среде. Но вышло так, что советская делегация сумела придать этому форуму именно антифашистскую направленность.

Без Павличенко этого могло не произойти. Да, её английский язык, которому мать Людмилы, Елена Трофимовна, обучала дочерей с детства, поначалу был несовершенным. Но с первой леди Америки советская студентка-снайпер беседовала без переводчика. И сумела обаять жену президента так, что Элеонора Рузвельт настояла – советской делегации надлежит совершить турне по США. Это – раз. А два – Павличенко поедет в отдельное турне в сопровождении первой леди.

Чтобы мир узнал. Как Сергей Смирнов находил защитников Брестской крепости Подробнее

Это было не меньшим вкладом Людмилы в Победу, чем её фронтовые подвиги. В ходе турне Павличенко произнесла исторические слова: «Джентльмены! Мне 25 лет. На фронте я уже успела уничтожить 309 фашистских солдат и офицеров. Не кажется ли вам, джентльмены, что вы слишком долго прячетесь за моей спиной?» Эти смелые слова вызвали гром аплодисментов и серьезно повлияли на общественное мнение в США.

До открытия Второго фронта оставалось без малого два года...