439

Человек и завод. Как Лев Васильев построил для советской страны КАМАЗ

Генеральный директор КамАЗа, Герой Социалистического Труда Лев Васильев, 1977 г.
Генеральный директор КамАЗа, Герой Социалистического Труда Лев Васильев, 1977 г. / Фред Гринберг / РИА Новости

Его матери прислали с фронта похоронку. Ошибка. Судьба подарила Льву Васильеву жизнь. И он начал строить – сначала автомобили, потом автозавод и город вокруг. Создатель и первый гендиректор ­КАМАЗа доживёт до дня, когда в Набережных Челнах ему будет поставлен памятник. На церемонию, правда, не приедет – тяжеловато в 94 года выбираться из Подмосковья.

Он коротал свой век в скромном бревенчатом доме, терявшемся рядом с виллами политиков и бизнесменов. И совсем немного не дотянул до ­100-летия. На прошлой неделе человека, благодаря которому страна поехала, не стало.

Запад и «Москвичи»

На Великой Отечественной Васильев пробыл считаные недели. В сентябре 1943-го его изрешетили осколки снаряда, оставив без нескольких рёбер, с покалеченной рукой и с вмятиной в голове. Демобилизовался старшим сержантом, позже, окончив институт, вырос до капитана запаса. А когда стал главным на КАМАЗе, чин из Минобороны, закупавшего автомобили для армии, предложил ему генеральские звёзды. Васильев отшутился и от «повышения» отказался.

Генеральный секретарь партии Суданский Союз, Президент и Председатель правительства Республики Мали Модибо Кейта на Московском заводе малолитражных автомобилей («Москвич»). Второй справа — директор завода Лев Борисович Васильев. 1965 г.
Генеральный секретарь партии Суданский Союз, Президент и Председатель правительства Республики Мали Модибо Кейта на Московском заводе малолитражных автомобилей («Москвич»). Второй справа — директор завода Лев Борисович Васильев. 1965 г. Фото: РИА Новости/ Дмитрий Козлов

«А высокие чины от науки предлагали мне и докторскую диссертацию «сделать». Стоило дать себе волю – и генералом, и доктором наук стал бы. Но не могу я жульничеством заниматься, не могу – и всё!» – рассказывал он. И в этом заключалась суть его личности: не казаться, а быть, делать дело, а не карьеру. Хотя карьера как раз шла стремительно. В 20 лет – шофёр, в 22 – госинспектор по приёмке «Москвичей» на будущем АЗЛК, в 38 – директор этого же автозавода.

Воспоминания на заметку нынешнему автопрому: «Самый первый «Москвич» в 1947 г. был скопирован с немецкого «Опеля» и выпускался на трофейных станках. Но у нас были свои замечательные конст­рукторы, которые уже через несколько лет сделали оригинальный советский автомобиль. А все вопросы, от которых зависело развитие завода, правитель­ство решало без проволочек. Мы получали любые деньги и любое оборудование, хотя в то время Запад препятствовал поставке передовых технологий в СССР. В 1960-е, когда я работал директором, мы делали уже 100 тыс. машин в год, из которых 65% ­экспортировали. ­Причём не только в соцстраны, но и в Швецию, Францию, Италию, Норвегию, Финляндию. Как-то приехал американец и попросил подготовить ему 5 тыс. «Моск­вичей».

Заместитель министра автомобильной промышленности СССР, генеральный директор Камского автомобильного завода Лев Васильев на заседании Генеральной дирекции завода. 1974 г.
Заместитель министра автомобильной промышленности СССР, генеральный директор Камского автомобильного завода Лев Васильев на заседании Генеральной дирекции завода. 1974 г. Фото: РИА Новости/ Фред Гринберг

Большегруз ответственности

Школа рабочей молодёжи и Автомеханический институт были окончены без отрыва от производства. Обыкновенная для того времени биография. «Все министры тогда начинали с самых низких ступенек и проходили всю карьерную лест­ницу. Теперь же повышают не самых талантливых, а друзей и родственников», – сокрушался Лев Борисович, сравнивая методы кадрового отбора в прошлом и в наши дни.

Гендиректором будущего КАМАЗа Васильев стал в 1969 г. В СССР не хватало большегрузных машин для разработки месторождений Сибири. Только 5% грузовиков были оснащены экономичным дизельным двигателем. Новый завод должен был в сжатые сроки разрешить обе проблемы. Первоначально предполагалось купить лицензию за рубежом. «Мы с министром автомобильной промышленности обсуждали сотрудничество с «Мерседесом». Но за свою технологию немцы заломили 14 млн долл. В итоге советский большегруз был скон­струирован на ЗИЛе, а двигатель для него – на Ярославском моторном заводе. И получилась такая машина, которая потом в Афганскую войну выдерживала подъёмы на любые перевалы, а западные машины этого не могли», – гордился он.

Лев Васильев.
Лев Васильев, 2020 г. Фото: Commons.wikimedia.org/ Марсель Бадыкшин

Васильев начал этот проект с первого колышка и довёл производство до 80 тыс. грузовиков в год. За 12 лет его работы на КАМАЗе было введено в строй столько сооружений и оборудования, что по стоимости они сравнялись с ЗИЛом,­ ГАЗом и ВАЗом, вместе взятыми. Население Набережных Челнов увеличилось в 10 раз. За рубежом признавали: никто в мире не решал такие задачи. Чего это стоило? Не раз бывало такое, что Васильев дважды за сутки улетал в Москву и возвращался обратно.

Дальше ехать будем сами

На КАМАЗе было установлено оборудование 700 иностранных фирм – лучшее, что можно было найти. Но после ввода советских войск в Афганистан опять возникли трудности с получением западных запчастей, и был взят курс на оснащение производства отечественными станками. По свидетельству Васильева, до 98% комплектующих, которые использовал КАМАЗ в его пору, были советскими. Собственно, он постоянно предупреждал, что зависимость от транснациональных корпораций, в которую попал автопром в последние десятилетия, может обернуться бедой. «То, как дальше развиваться отечественному автопрому, решается уже за пределами страны» – такой вердикт вынес в интервью «АиФ» три года ­назад. И посетовал: «Эх, будь я на два десятка моложе – через пять лет стоял бы завод, на котором делают всё, что нужно».

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно