23164

Счастливый билет, или Как Игорь Корнелюк выиграл спор

№ 7 от 15 февраля 2012 года 15/02/2012

«Поэтому мама и друзья детства обычно приезжают ко мне в Питер, так проще, - говорит музыкант. - Я же впервые за десять лет в этом году позволил себе съездить в отпуск на Канары, и то поездка была совмещена с концертом...»

Игоря Корнелюка любят благодаря хитам «Билет на балет», «Подожди», «Мальчик с девочкой дружил», но тот период жизни и творчества остался далеко в прошлом. Мало кто знает, что академический композитор Корнелюк «ударился в попсу» на спор. И, может быть, не было бы этих песен, знаковых для поколения 80-90-х годов, и музыканту не пришлось бы потом доказывать, что его кредо - это серьезная вдумчивая музыка. Все-таки, наверное, судьба неспроста готовит для нас крутые виражи...

- Вы уехали из Бреста совсем юным. Почему выбрали Ленинград? Чем вас манила культурная столица?

- Я отучился один год в Брестском музыкальном училище. Мой педагог Ирина Борисовна Морих постоянно твердила: «Игорь, вам надо уезжать из Бреста, чтобы серьезно заниматься музыкой и композицией...» А куда уезжать? В Ленинград, потому что, как говорила Ирина Борисовна, там лучшая композиторская школа. Несмотря на то, что в Бресте у меня была своя жизнь, богемная (смеется), которая мне нравилась, я постоянно ловил себя на мысли: «Надо что-то менять!» Помимо учебы в музыкальном училище, я по вечерам играл в ансамбле, с которым мы выступали на дискотеках, и даже сочинял для коллектива песни. Мама на меня махнула рукой: «У всех дети как дети, а у меня... музыкант». И когда я в очередной раз заявился домой под утро, а мама уже проснулась и что-то гладила: я посмотрел на нее, и мне стало ее безумно жалко. «Мам, знаешь, я поеду учиться в Ленинград!» - «Да езжай ты куда хочешь!» - ответила мама. Я сел в поезд и поехал - без документов, без ничего...

- Было страшно?

- Меня обуревали другие мысли. С вокзала я сразу направился в музыкальное училище при тогда еще Ленинградской ордена Ленина государственной консерватории имени Римского-Корсакова. Зашел в кабинет к завучу: «Так и так, - говорю. - Хочу у вас учиться». Завуч сказал, что перевод из Бреста невозможен, и если я хочу учиться, должен поступать на первый курс. Буквально за несколько дней я сочинил программу для вступительного экзамена, и, когда поступал, был первым из тридцати семи абитуриентов. Я понимал, что мои шансы равны нулю, и смирился с этой мыслью: принять должны были одного-единственного, самого лучшего.

- Этим единственным и стали вы?

- Помню: стою я и смотрю на девушек, которые рядом ноты листают, а ноты просто черные от неимоверного количества диезов и бемолей! «Какие умные девушки!» - вертится в голове мысль. Тут открывается дверь, выходит мой будущий учитель Владлен Павлович Чистяков и говорит фразу, которая разделила мою жизнь на «до» поступления в музыкальное училище в Ленинграде и «после»: «Молодой человек, мне очень приятно, что я имею честь вас учить...»

«Плакал по ночам»

- Питер поглотил, подавил и убил меня сразу: адаптация и ассимиляция были очень сложными. Первое время было очень тяжело и одиноко, я даже плакал по ночам. Имея за плечами год обучения в Брестском музыкальном училище, я чувствовал себя невеждой и понимал, что ничего не знаю, не умею и мне надо восполнять колоссальные дыры в своем образовании.

В музучилище были строгие и, я бы даже сказал, пуританские нравы. Например, если бы девушка-студентка пришла на занятия в джинсах, то на следующий день была бы отчислена. Я не говорю про накрашенные ресницы... Требования к юношам были не менее строгие.

- Игорь Корнелюк должен был стать создателем опер и симфоний?

- Да, я себя к этому готовил, и мне это нравилось... Но в один прекрасный день композитор Александр Морозов сказал: «Знаешь, Игорь, в чем разница между мной и тобой? Я - талант, а ты - хорошо обученный человек». Я спросил его: «Что такое талант?» «Ты пишешь сложную, концептуальную, во многом умозрительную музыку, требующую подготовленного слушателя, - продолжил Саша. - А я пишу простые и всем понятные песни - ты так никогда не сможешь». Меня это задело за живое: «Как это не смогу?» И мы поспорили на две бутылки коньяка, что Игорь Корнелюк станет известен всей стране как автор популярных хитов. Спор мы затеяли в 1985 году, а уже в 1989-м на «Песне года» в присутствии Иосифа Кобзона Морозов признал, что спор проиграл.

- Где же вы нашли вдохновение или удачу, чтобы создавать ваши хиты?

- Совпало очень много факторов. Именно тогда появились первые программированные синтезаторы, благодаря которым можно было самостоятельно, без помощников, делать нужные аранжировки. Раньше я мог долго объяснять, какой мне нужен звук, и меня все равно не понимали, а на синтезаторе я сам воплощал все свои мечты. Другой вопрос, что я был беден как церковная мышь, и мне приходилось постоянно занимать деньги, чтобы брать нужные инструменты в аренду и записывать музыку. В тот период времени я был должен всем, с кем был знаком. Прекрасно понимая, что это игра ва-банк, я все равно действовал безоглядно, потому что был очень увлечен, молод...

- Можно ли говорить, что ваши песни - грамотно просчитанный коммерческий ход?

- Понимаете, какая штука... Мне просто хотелось творить, экспериментировать... Сегодня уже нет такой сумасшедшей одержимости, как тогда, и нет желания делать ремиксы на мои песни, потому что не хочется корежить исходный материал, искажать то звучание...

Музыка в кино

- В кино вас привел режиссер Владимир Бортко, который искал композитора для сериала «Бандитский Петербург».

- Я очень благодарен Володе за это, хотя наши пути сегодня разошлись и мы больше не сотрудничаем. Это отдельная история, о которой я не хочу распространяться.

А в том, что я попал в кино, виноват случай: Володя не знал, кого из композиторов пригласить для работы над музыкой к фильму. Однажды он ехал в машине, а по радио звучала песня в моем исполнении. Он сказал: «Вот этот парень будет писать мне музыку». Интересно, что я уже давно мечтал о том, чтобы попасть в кино, но мои песни сослужили мне дурную службу, навесили ярлык «несерьезности». Продюсеры встали на дыбы, услышав мою фамилию: «Как! У тебя бандитская сага, - говорили они Бортко, - а ты приглашаешь такого несерьезного композитора». Потом, когда я писал музыку к многосерийному фильму «Идиот», Бортко говорили: «Это же Достоевский! А ты приглашаешь Корнелюка - он же писал для «Бандитского Петербурга»!»

После «Идиота» уже никто ничего не говорил. (Смеется.) Да и Владимир Бортко был уверен: «Если ты справишься с Достоевским - больше вопросов никто задавать не будет».

- После творческого разрыва с Владимиром Бортко вы не остались не у дел?

- Нет, у меня достаточно работы. Недавно состоялась премьера полнометражного фильма о Чехове «Поклонница» режиссера Виталия Мельникова. Проект некоммерческий, но весьма интересный.

С удовольствием вспоминаю работу над картиной «Правосудие волков», снятой совместно россиянами, поляками, немцами и американцами. Лестно, что мой труд был высоко оценен западными продюсерами.

Деньги - товар

- К вам никто под крыло не просился из молодежи, мечтающей о сцене?

- Просили и просятся, но брать под крыло - это совсем другая профессия. У меня специфическое отношение к институту продюсирования, потому что качество - отнюдь не главное в его жизнедеятельности. В шоу-бизнесе стремятся минимум вложить и максимум получить за как можно более короткий срок. Мне это все неинтересно. И я очень рад, что в моей жизни появилось кино, где гораздо больше возможностей для самовыражения. Жанр песни с каждым годом становится все уже и уже, а это радует все меньше и меньше...

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно