aif.ru counter
3560

Клоун Армен Асирянц: «Если зритель смеется - значит, верит!»

"Аргументы и факты" в Беларуси № 48 29/11/2016
«Не могу работать, не видя глаз тех, кто пришел на представление».
«Не могу работать, не видя глаз тех, кто пришел на представление». © / Katrine Bilan / Белгосцирк

Выдающийся испанский клоун,  многократный призер международных фестивалей в России, Голландии, Италии, Испании, Китае, непревзойденный любимец публики  Армен Асирянц живет на две страны – в  Испании и России и выступает по всему миру уже 25 лет.

С Арменом Асирянцем мы встретились буквально перед его очередным выходом на манеж. Честно говоря, собираясь на интервью, я думала, что клоун  - это человек с улыбкой до ушей, который всегда смеется и отпускает шутки на ходу. Но Армен в жизни совсем другой: серьезный, немного угрюмый.

- Я совсем невеселый. Даже скучный. Я и на манеже несмешной, от меня все плачут, - говорит сам о себе Армен.

Клоун
Клоун Фото: Белгосцирк/ Katrine Bilan

Из сантехников - в клоуны

ЦИРКОВЫЕ ПРИМЕТЫ:
  • В цирке нельзя щелкать семечки.
  • Нельзя класть афиши на кровать - зритель на представление не пойдет.
  • Нельзя трогать руками реквизит артистов.
  • Нельзя садиться на барьер спиной к манежу.
  • Нельзя пересекать манеж, его можно только обходить.
  • Нельзя фотографировать артистов со спины.

Армен Асирянц родился в Азербайджане, в городе Кировабаде, там же окончил среднюю школу. Потом пришлось уехать. В Харькове учился в городском профессионально-техническом училище на слесаря-сантехника, а еще занимался в цирковой студии, с которой много гастролировал. После службы в армии  Армен решил, что в жизни надо что-то менять: либо уходить из цирка, либо двигаться дальше и развиваться в цирковой профессии. После неудачной попытки поступить в клоунскую группу в Измайловское цирковое училище он все же получил цирковое образование в Московском. Карьеру начал в театре, играл в пьесах Шекспира, Омара Хайяма. Но со сценой не сложилось.

- Театр – это навязывание режиссером видения  четких граней пьесы. Шаг влево или вправо недопустим, - говорит артист. - Для меня некоторые его законы неприемлемы. Кроме того, в театре рампа прячет зрителей от актеров. Если убрать ее, театральный актер не сможет работать: он  испугается, увидев глаза зрителей.  У нас в цирке все по-другому. Я, наоборот, не могу работать, не видя глаз тех, кто пришел на представление.

К слову, белорусский зритель уже знаком с творчеством Армена Асирянца.  Ведь известный клоун несколько лет назад выступал на арене Белорусского цирка. И вот он снова приехал в Минск на гастроли.

Клоун
Клоун Фото: Белгосцирк/ Katrine Bilan

Терпит и смотрит

- Мне нравится белорусский зритель. Он очень открытый, своеобразный, воспитанный. Многое видел и многое знает, критично относится к плохой работе. Да, будет сидеть, смотреть, молчать до конца, но потом выйдет и скажет, что было плохо. Это немного  шокирует. Как-то был у вас в Театре оперы и балета.  Идет спектакль, актеры профессионально поют, оркестр, акустика великолепны… Но взрыва эмоций, адреналина нет. Может, отчасти дело в самой постановке. А минские зрители спокойны, как будто так и должно быть. В Западной Европе если зрителям не нравится, то они просто встают и уходят. Я был свидетелем, как люди уходили во время действия. А бывало, что после антракта ползала оставалось пустым.

Смешить или нет?

- У профессионального клоуна нет цели рассмешить людей. Если ставить такую задачу, то все полетит коту под хвост. Клоун начнет переигрывать.  А мне, как и любому другому хорошему комедийному и трагедийному артисту, важно «потянуть за собой» публику, доказать, что я говорю с ней на одном языке. Чтобы зритель поверил мне. Когда зритель пошел за тобой, можно с ним делать что угодно. Любые скетчи, истории, клоунады… Человек везде будет находить себя и смеяться над всем. Сейчас зритель неприхотливый, он «кушает» все, что ему дают. Главное - подать это со вкусом. А если клоуны выйдут на арену и будут просто бить друг друга батонами по башке, их примут за ненормальных.

Клоун
Клоун Фото: Белгосцирк/ Katrine Bilan

«Все идеи – мои!»

- Все скетчи, антрепризы клоунад, с которыми я выступаю, сочиняю сам. Это в основном какие-то душевные переживания, любовные интриги, не доведенные до конца. На их создание уходит время. И немало: в моем репертуаре есть клоунада, которую я готовил 5 лет! Это сложная работа и тяжелый творческий процесс.  Должно ли все заканчиваться хеппи-эндом?  Можно сказать и так. Но есть репризы, которые вообще не имеют никакого смысла, концепции. Просто пришла в голову идиотская идея, и ты с ней выходишь на манеж. И люди смеются, потому что верят!

Решает зритель

- В цирк приходит разношерстная публика – от бухгалтера до гениального пианиста, от сантехника до президента, и дети, и взрослые. Уровень восприятия мира у каждого свой. Я стараюсь, чтобы в моих выступлениях всем досталось по чуть-чуть. Каждый должен получить свой кусок пирога. Бывает, что одни смеются, а  другие - нет. Например, дети веселятся, а взрослые сидят с серьезными лицами. А потом - все наоборот! К слову, свои номера ни на ком не испытываю. Лучший корректор моей работы – это зритель. Даже если родные, друзья пришли посмотреть репетицию и сказали: «Ой, здорово!»…   Это не то.  Они не объективны до конца. Только зритель решает, годится или нет. Ведь он заплатил. Цирк - это самое честное и самое правдивое искусство. Вот вышел акробат и говорит: «Я вам сейчас прыгну заднее сальто-мортале». И не прыгнул. Значит, он не акробат. А в театре можно спрятаться за музыкой, за текстом. Нам некуда спрятаться, нам надо показывать, что мы умеем!

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Подписка в 2020 году



Топ 5 читаемых