Переводчик Мо Яня: «Писатель следует традициям китайского натурализма. К нему сначала надо привыкнуть»

AиФ нашел отрывок из романа и узнал, что поначалу печатать новоявленного Нобелевского лауреата наши издатели отказывались. О темах и стиле Мо Яня рассказал переводчик, специалист по современной китайской литературе Игорь ЕГОРОВ.

- Игорь Александрович, вас тоже можно поздравить!

- Я рад за Мо Яня, это большая радость. Вручение ему премии можно оценить как заслуженное признание для большого писателя. Он этого достоин. Даже известный писатель - тоже Нобелевский лауреат - Кэндзабуро Оэ отзывался о нем очень уважительно. Ему, как никому другому, удается в своем творчестве соединять китайскую традицию, которая ведет начало от классических романов, и влияние лучших произведений современной мировой литературы.

- Вручение Нобелевской премии и выход книги в России совпали просто изумительно. Публикация была инициативой издательства? Или это был ваш выбор?

- Выбор мой. Я его перевел, предлагал разным издателям, представлял информацию, поскольку давно занимаюсь современной китайской литературой. Но у нас никто им не заинтересовался, никто не знает ни о нем, ни вообще о китайских писателях. Может быть, теперь, после вручения премии, его заметят в России - ведь издательства сейчас коммерческие, кто будет покупать кота в мешке?

- В других странах его переводили широко. Снова думается о том, насколько закрыт для мира российский книжный рынок.

- Да! На английский, французский, итальянский, немецкий переведено уже более 6 его романов. А всего Мо Янь написал 11 романов и около двухсот повестей и рассказов. А у нас только сейчас выходит первый роман.

- Что вы расскажете в целом о современной китайской литературе, которая в России переводится мало, а читается еще меньше?

- Она очень молодая, ей всего 30 лет! Она зародилась с того времени, как в Китае начались либеральные реформы. То, что китайские писатели успели сделать за это время, очень впечатляет. Я не хочу сказать, что все китайские сочинители сейчас приближаются к уровню Мо Яня, но есть много интересного. А Мо Янь среди них – своеобразная глыба, превзошедшая всех окружающих. У него большое наследие, и он очень «китайский» писатель по духу своему. Еще он прекрасный рассказчик – в лучших традициях и устной народной традиции Китая, и письменности. Читать его легко. И основная задача для меня как для переводчика была в том, чтобы это разговорное начало, музыку слов поддержать, чтобы не обрывать его речи неудобными оборотами.

- Каков стиль писателя Мо Яня? О чем он пишет?

- Стиль необычный. Он долго искал свою манеру - с 1985 года, когда вышел его первый роман. По этому роману режиссер Чжан Имоу снял фильм «Красный гаолян». Собственно говоря, только по этому роману Мо Янь и известен в России. Было только несколько попыток перевести отрывки, один рассказ был издан в сборнике китайских писателей. Так вот, что касается стиля: от романа к роману Мо Янь меняется, экспериментирует, берется за очень острые темы.

- Например?

- Его называют китайским Маркесом – многие находят в его стиле магический реализм латиноамериканских писателей. Его называют и китайским Фолкнером. Действие большинства произведений проходит в его родном уезде Гао Ми провинции Шань Дун на востоке Китая, как и у Фолкнера все происходит в округе Йокнапатофа. Его называют также и китайским Кафкой – он рассматривает подробно психологию героев, глубоко проникая в их характеры. А один из его романов «Тринадцать прыжков» описывает сумасшествие героя, который говорил что-то только тогда, когда ему давали кусок мела, чтобы съесть. У него много эпатирующих подробностей. Многие вещи не всегда будут удобны для рафинированного читателя: он следует традиции китайского натурализма. У него много описаний любви, секса и таких отправлений, которые у нас не принято описывать. Но все вкупе читается убедительно. Сначала надо к нему привыкнуть, и тогда он представляется очень цельным.

- Прекрасно, хороший писатель, но Нобелевскую премию-то за что? Причем обратите внимание на формулировку: «за галлюцинаторный реализм, с которым он смешивает сказку, историю и современность».

- «Галлюцинаторный»! Впрочем, у Нобелевского комитета формулировки бывали даже еще более смешные. Скорее всего это то, о чем я и говорил. Смешение реальности и нереальности, которое позволяет ему проникать в характер героев и делать выводы из того, что творится в обществе... Он использует тот эзопов язык, благодаря которому никто не может его обвинить, что он выступает, например, против правительства. У него это получается свободно и естественно.

AиФ публикует начало романа Мо Яня «Страна вина».

«…Следователь по особо важным делам провинциальной прокуратуры Дин Гоуэр трясся в кабине угольного грузовика. Он ехал на шахту Лошань проводить специальное расследование, и от неотвязных мыслей голова буквально распухла. Коричневая бейсболка пятьдесят восьмого размера, которая раньше сидела свободно, теперь сжимала голову, словно обруч. Стало совсем невмоготу, он стащил бейсболку и увидел, что она вся влажная от пота. В нос ударил жаркий дух жирных волос, смешанный с другим запахом, сырым и холодным. Запах показался каким-то чужим, накатила тошнота, и он схватился за горло.

Когда до шахты было уже рукой подать, на черном полотне дороги стали появляться все новые неровности и ухабы, и разогнавшемуся грузовику пришлось сбавить скорость. Жутко скрипели рессоры, Дин Гоуэр то и дело стукался головой о потолок кабины. Сидевшая за рулем довольно симпатичная молодая особа крыла дорогу и людей почем зря; из ее уст неслась такая брань, что так и хотелось отпустить грубую шуточку. Не удержавшись, он покосился на нее. Синяя роба, торчащий из-под нее воротник розовой рубашки закрывает часть белой шеи; сверкающие темные глаза с зеленоватым отливом, короткая стрижка, черные волосы — жесткие и блестящие. Руки в белых перчатках вцепились в баранку: вся внимание, она впилась глазами в дорогу, объезжая колдобины. Машина уходила влево — туда же кривился рот, брала вправо — он перекашивался в ту же сторону. Так и ходил туда-сюда. На носу выступил пот, на лбу обозначились морщины. Лоб низкий, подбородок твердый, губы пухлые — видать, женщина пылкая, страстная. Грузовик сильно качнуло, их тела нечаянно соприкоснулись, и даже через одежду изголодавшаяся кожа ощутила близкую мягкость и тепло. Захотелось прижаться к ней, потрогать руками. Странноватые ощущения для опытного сорокавосьмилетнего следователя, но, опять же, вроде бы нормальные. Он тряхнул головой и отвел от нее взгляд».